Хотя вопрос в том, кому столько браслетов продавать? Если магов всего триста сорок два зарегистрировано. А для продажи людям нужна лицензия, вроде? Интересно, сколько она стоит. Вдруг и правда ещё и подзаработать удастся. Магия магией, а деловая хватка не помешает. Надо у Митрофана все подробности выяснить!

Я пошла в гостиную. Тётя Адель, сосредоточенно нахмурившись, смотрела на выложенные на столе карты. Митрофан, сидя на табурете рядом, тоже уставился на карты. Воздух в комнате будто сгустился, как перед грозой.

Что это с ними? Стряслось что-то?

Я тихонько села на свободный стул. Тётя Адель подняла на меня взгляд.

— Уже закончила?

Я показала ей озорной браслетик.

— Он как-то сам собой получился. Руки и правда знают, что нужно делать.

Она улыбнулась.

— Верь в себя, и всё получится! Передохни тогда, чайку попей. Не стесняйся, ты тут не чужая.

— Спасибо!

Я налила себе чаю и взяла булочку.

Тётя Адель вдруг вздохнула, одним движением собрала разложенные карты и посмотрела на Митрофана.

— Похоже, что это она.

— А что толку? Формально подкопаться не к чему. — Он дёрнул хвостом и улёгся. — Не бери в голову. Пусть сами разбираются.

Я глазела на них с открытым ртом, забыв прожевать булочку.

— Эээ… что-то случилось? Неприятности?

Тётя Адель отложила колоду в сторону.

— Да приходила тут девушка — погадать на отношения. Ну, дело молодое, какая же девушка на любовь не гадала? Но так уж вышло, что её возлюбленный другую выбрал, и у них свадьба намечается. Вот девушка и попросила приворожить парня. А когда я отказалась, заявила, что другого мага найдёт. Посговорчивее.

— А что, правда есть такие? Куда в таком случае Магическая инспекция смотрит? Это ведь наверняка незаконно!

В ответ на мой негодующий взгляд Митрофан и ухом не повёл.

— Личная жизнь граждан законами не регулируется. — Он лениво потянулся, выгнув спину, и зевнул. — Чтобы дать делу ход, требуется заявление от потерпевшего. А если потерпевший всем доволен, то с какой стати кто-то будет вмешиваться?

— Как он может быть доволен, если ему свадьбу расстроили? И невеста его тоже наверняка недовольна!

Митрофан закатил глаза.

— Гражданка Пантелеймонова! Закон не может наказывать людей за то, что кто-то чем-то недоволен. В личных делах граждане пусть сами между собой разбираются. Если налоги уплачены, а нарушений закона или общественного порядка не зафиксировано, то Магическая инспекция претензий не имеет.

Я посмотрела на тётю Адель. Она явно была расстроена.

— Тётя Адель, но как же так? Те парень с девушкой… у них ведь любовь! А тут приходит какая-то стерва и всё портит!

Она только головой покачала.

— Ну, в итоге ничего хорошего из этого не выйдет. Сделать приворот — это как морок наложить. Но в глубине души человек всё равно знает правду. И мается. Мужики под приворотом часто пить начинают. Счастья в таком браке в любом случае не видать. Но разве молодым дурочкам это объяснишь? У них одно в голове: «Хочу и всё тут!»

— А снять приворот никак нельзя? Если парня расколдовать, то он ведь придёт в себя — и тогда всё наладится?

— Снять-то можно, но только если человек сам захочет. А как он может захотеть, если он под мороком? Вот такой замкнутый круг получается.

Я вдруг вспомнила Палыча. Если можно приворожить, то можно ведь и отворожить?

— Тётя Адель, а если… если любовь невзаимная? Можно ли от неё избавиться? Отворот сделать? А то чего человек зря мучается?

Она вгляделась в меня и усмехнулась.

— Если все проблемы в жизни решать с помощью магии, то будет ли это жизнь? Некоторые маги, обнаружив в себе способности, на радостях начинают махать волшебной палочкой налево и направо. Но недолго.

— Почему?

— Потому что у каждой палочки два конца, даже если она волшебная: если ты влияешь на мир, то и мир влияет на тебя. Магия всегда имеет цену… — Она резко замолчала и опустила глаза.

Похоже, у тёти Адель тоже есть прошлое, о котором вспоминать не хочется… Вот недаром мне всегда казалось, что связываться с магией может быть себе дороже. А «если тебе кажется, то тебе не кажется»…

Я посмотрела на левое запястье. Розовую полоску не видно, но она там есть.

Убежать от магии не получилось, потому что от себя не убежишь. Придётся учиться с этим как-то жить. Живут же другие…