Оторвавшись от мытья посуды, я глянула через плечо. Митрофан грустно нахохлился, уставившись в окно, за которым ветерок трепал тонкие веточки берёзы с молоденькими листочками. Ну вот, а тётя Адель говорила «привыкнешь»…
— Да ладно, не переживай! — Я поставила последнюю тарелку в сушку. — Ты просто сказку давно не читал, вот и подзабыл.
Митрофан посмотрел на меня. Вздохнул.
— Ты к Аделюшке собиралась? Жду тебя там.
И растаял в воздухе.
* * *
Спустившись по ступенькам, я толкнула дверь магазинчика. Звякнули колокольчики. Внутри было пусто. Я помедлила в нерешительности, потом подумала, что я ведь не покупатель, я «своя», и прошла в жилую часть.
В гостиной царил всё тот же полумрак. На столике горели три свечи в высоком подсвечнике, отражаясь от блестящего бока самовара.
— Чай будешь? — Митрофан открыл краник, и налил себе в чашку кипятка.
— Ой нет, спасибо! Только что позавтракали же.
— Так ведь дело такое: не успеешь позавтракать, а уж и обедать пора! Время-то — к полудню.
— Вот потому и пора бы делом заняться! Я ж хотела на продажу что-нибудь сделать. А где тётя Адель?
— У неё клиентка. Погадать пришла. Она сказала, ты и без неё прекрасно справишься. Там на столике всё для тебя приготовлено.
Неловко как-то в чужом доме хозяйничать без хозяйки, но раз уж она сама велела, то что поделать.
Я села за столик, на котором стояла коробка с бусинами и коробочка поменьше с разноцветными шнурами.
Что бы такое сотворить? Можно попробовать ещё один браслетик сделать: первый, вроде, ничего так получился. Но какую задачу браслетику поставить?
Взгляд скользил от одной бусины к другой. И почему-то остановился на пакетике с пластиковыми бусинками: яркими, разноцветными и самой разной формы — даже кубиками! От них веяло задором и детской непосредственностью. Будто стайка девчушек в ярких платьях.
Я уже занесла руку над бусинками, как вдруг тяжёлые бархатные шторы в дальнем углу распахнулись.
— Ну и не надо! Другие желающие найдутся! — со злостью бросила выскочившая оттуда девушка и устремилась к выходу.
Я, открыв рот, смотрела ей вслед.
Из-за шторы вышла тётя Адель.
— А, ты уже здесь! — Её улыбка показалась мне то ли усталой, то ли натянутой. — Молодец, поработай тут сама. Я пока чайку попью. Если что, зови.
— Хорошо, спасибо!
Интересно, что там у неё стряслось с этой клиенткой? Впрочем, не стоит лезть не в своё дело.
Я открыла пакетик и разложила забавные пластиковые бусины. Потом в голове будто что-то перещёлкнуло: перед глазами появилась стайка девчушек, из неё вышли шестеро и встали в кружок. Мои руки выбрали шесть бусин, нанизали их на основу и принялись оплетать двумя боковыми шнурами. Благо среди запасов тёти Адели нашёлся и весёленький разноцветный шнур.
Не знаю, сколько времени прошло: ощущение времени полностью исчезло, и вообще всё исчезло, осталась только мои руки, сплетающие нити вокруг бусин. Когда пёстрый браслетик был готов, я наконец очнулась и с удивлением на него посмотрела.
Интересно, на что он способен? Как узнать, что он будет делать для хозяйки? Может, попробовать с ним поговорить? С камнями же получилось…
Я зажала браслет в ладони и закрыла глаза. И снова увидела смешливых девчушек, которые водили хоровод, взявшись за руки, и пели: «Мы, девчули-красотули, вам и спляшем, и споём! Рассмешим и очаруем, ухажёров приведём!»
Вот ведь озорницы! Я невольно усмехнулась. Прям хоть себе забирай! Впрочем, вляпываться сейчас ещё и в личную жизнь как-то не хочется.
Сразу вспомнился Палыч и его пароль «Наташенька». Тут впору искать не ухажёров, а способ от них отделаться…
В полной тишине сигнал принятого сообщения прозвучал неожиданно громко. Я вытащила телефон из кармана.
Зафиксировано использование магии. Нарушений не обнаружено. Ваш кешбэк составляет 20 баллов
Ого, теперь целых двадцать? Может, а в следующий раз уже тридцать будет? В голове привычно замигал цифрами внутренний калькулятор. Допустим, если дадут даже по двадцать баллов за браслет, то с пяти браслетов уже сотня получается. А с пятисот — целых десять тысяч! Неплохо можно долг закрыть.