Меня будто током пробило. Он знал. Знал даже про это. Значит, он собирал информацию. Следил. Выяснял. Влезал в мою жизнь по швам, пока я пыталась делать вид, что у меня есть границы.
— Психопат, — выдохнула я.
Он ушел. Я еще несколько секунд стояла посреди приемной, не в силах двинуться. Потом до меня наконец дошло, что вокруг люди. Администратор старательно смотрела в монитор. Игорь делал вид, что изучает документы. Лена за стеклянной перегородкой слишком внимательно листала образцы ткани. Все все видели. Все все поняли.
Я развернулась и ушла в переговорную, закрыв за собой дверь. Там меня накрыло. Не слезами — хуже. Тряской. Я уперлась ладонями в стол и пыталась дышать. Вдох. Выдох. Еще. Но перед глазами все равно был он. Его щетина. Его щека под моей ладонью. Его чертово "если бы ты любила его…"
У меня зазвонил телефон. Артём. Я смотрела на экран несколько секунд, прежде чем ответить.
— Да?
— Ты занята?
— На работе.
— Я понял. Нам надо увидеться вечером.
Сердце ухнуло вниз.
— Что-то случилось?
— Нет. Просто хочу поговорить.
Слишком ровный голос. Слишком.
— Хорошо, — сказала я.
— Заеду в восемь.
Он отключился первым. Я медленно опустила телефон. Конечно. Вот теперь начнется. Потому что если Дамир влез в мою рабочую жизнь, вопрос времени, когда он дотянется и до остального. А Артём не из тех мужчин, которые прощают хаос вокруг своей будущей жены.
---
Глава 11
Глава 11
Глава 11
До восьми я дожила на голой воле. День тянулся бесконечно. Я делала вид, что работаю, даже куда-то звонила, кивала на обсуждениях, открывала письма, отвечала клиентам, но сама была как пустая оболочка. Все внутри гудело.
Соня трижды писала: Ну что? Он реально приперся? Если ты не ответишь, я приеду и выбью из тебя правду силой дружбы.
Я ответила только одно: Приперся. Потом расскажу. Она прислала десять матерных сообщений подряд, и на этом стало чуть легче.
В половине восьмого я поехала домой. Всю дорогу мне казалось, что за мной следят, хотя это, конечно, была уже паранойя. Но стоило какой-нибудь черной машине дольше обычного держаться позади, как у меня между лопаток поднимался холод.
Артём приехал ровно в восемь. Как всегда. Я открыла дверь почти сразу. Он вошел, поцеловал меня в щеку и снял пиджак. В его движениях не было раздражения, но слишком много точности. Такой он становился, когда был недоволен и держал это под контролем.
— Ужинала? — спросил он.
— Нет.
— Я заказал еду.
Конечно. Он никогда не приезжал с пустыми руками, если разговор обещал быть сложным. Будто забота могла смягчить то, что будет сказано потом.
Пока мы раскладывали контейнеры на кухне, молчание между нами становилось все плотнее. Я чувствовала: он уже знает больше, чем говорит.
Когда мы сели за стол, Артём посмотрел на меня в упор.
— Сегодня этот человек пришел к тебе на работу?
У меня внутри все упало.
— Откуда ты знаешь?
— Значит, пришел.
Я прикрыла глаза. Кто? Кто успел донести? Игорь? Кто-то из офиса? Или сам Дамир уже и сюда добрался?
— Да, — сказала я. — Пришел.
Артём положил вилку.
— Ты собиралась мне сказать?
— Да.
— Когда?
— Сегодня.
— После того, как я сам бы узнал от других?
— Артём…
— Отвечай.
Я стиснула пальцы под столом.
— Я не знаю, кто тебе сказал.
— Это не имеет значения.
Имеет. Очень. Потому что я вдруг ясно поняла: мужчины вокруг меня уже начали мериться территориями, а я снова оказываюсь не человеком, а точкой конфликта между ними.
— Он приходил по работе, — сказала я.
— Не ври.
— У него действительно проект.
— И при этом он твой бывший, который уже второй раз появляется там, где ты есть.
— Я не звала его.
— Но ты не пресекла это сразу.
Я вскинула глаза.
— Ты сейчас серьезно?
— Абсолютно.
— Я должна была что, выставить охрану?
— Ты должна была сразу обозначить границы.
Меня обожгло.
— Я и обозначила.
— Настолько хорошо, что он уже ходит по твоей студии?
Я оттолкнула вилку. Аппетита не было и так, а теперь стало просто тошно.
— Что ты хочешь от меня? — спросила я тихо.
— Правды.
— Какой именно? Что он мой бывший? Да. Что он появился внезапно? Да. Что мне это неприятно? Да. Что я сама не понимаю, как он узнал про дом твоей матери и про работу? Да. Что еще?
Артём смотрел холодно.
— Ты до сих пор на него реагируешь.