- Мама говорила, что бабушка вредная. Что ей не до меня. Что она занята. А потом вдруг бах, и тебе говорят, что надо бы проведать бабушку. Это так странно, - нахмурилась девушка. – Я сперва решила, что она умирает. Ведь обычно так происходит. Но мама объяснила, что я просто очень давно с ней не общалась. И это нехорошо.

- Ты, должно быть, была в шоке, -усмехнулся ее собеседник.

- Ты себе даже не представляешь! – рассмеялась блондинка. – Такое ощущение, что мои родители с ума сошли! Но… я рада, что я здесь, - призналась Марина. – Тут интересно. И весело! Вот только Янка… Дикая какая-то!

- Она хорошая! – Илья ободряюще похлопал девушку по плечу. – Просто ей тяжело.

- Тяжело? Это всем вокруг с ней тяжело! – выпалила городская.

- Тебе просто нужно к ней привыкнуть, - хохотнул юноша. – Пошли, покажу тебе что-то!

Блондинка нехотя поднялась на ноги.

- А ведь так хорошо сидели! – простонала она.

И вновь извилистая, местами поросшая травой, сельская дорога. Одни деревянные домики сменялись другими, пока, наконец, Илья не привел свою спутницу к своему дому.

- Вот! – он с гордостью представил ей свой байк. Не первой молодости. Местами железо изрядно пожевала ржавчина. Зато свой.

- Он хотя бы ездит, - вскинув брови, глядя на транспорт с натяжкой, с сомнением поинтересовалась Марина.

- А то! – и Илья в доказательство своих слов попытался завести мотоцикл.

- Но, видимо, не сегодня, - сложила руки на груди блондинка.

- Я же только вчера его проверял, - смущенно потирая затылок, задумчиво произнес юноша.

- Вот ты где!

Ребята вздрогнули от звука грубого, неприветливого голоса. Обернувшись, они обнаружили перед собой никого иного, как Яну. Колдунья явно была чем-то обижена. Недовольно сверкая глазками в сторону сестры, обратилась к старому другу:

- Почему меня не дождался?

- Ты спала. А тебя в таком состоянии будить опасно, - развел руками юноша. – В прошлый раз, позволь напомнить, ты меня так прокляла, что я целый день из-за икания не мог разговаривать.

Девушка, нехотя признавая долю истины в словах Ильи, демонстративно сложила руки на груди.

- Не злись, - миролюбиво произнес юноша, подходя к закадычной подруге. – Позже вечером все вместе погуляем. Договор?

- Договор, - несколько оттаяла Яна.

Но эта милость распространялась только на Илью и к Марине не имела никакого отношения.

- Пошли, бабушка уже потеряла тебя, - и, не глядя на сестру, юная колдунья направилась в сторону дома.

Блондинка же не спешила семенить за сестрой. Обернувшись на нового знакомого выразительно вскинула брови и выгнула губы. И только после таких субтитров отправилась к дому бабушки.

- О, козочка моя белая вернулась, - приветствовала внучку пожилая женщина. – Вот вам ведра, топайте ягоды обирать. А то опять лягушки все ее обсосут.

Маринка скривилась, представив себе такую неприглядную картину. Янка молча вяза ведро и, не дожидаясь сестры, вышла во двор. Как только обе девушки разбрелись по разным сторонам клубничной грядки, опытная колдунья смерила внучек пристальным взглядом.

- Эй, малахольный! – позвала она Александра.

- Слушаю, - подошел к старушке юноша.

- Вот тебе деньги, сходи за продуктами. Список я в коридоре оставила, - не глядя на новообретенного внука, проговорила бабушка Липа. Все ее внимание было приковано к рассорившимся девчонкам.

Проследив ее взгляд, недавний дворянин сдержанно кашлянул.

- Ежели есть, что сказать – так говори! Мне свои эти ужимки оставь, - цокнула на старая колдунья. – Что в таких случаях Пушкин говорил?

- Александр Сергеевич больше в любовных делах был мастер.

- Да это мы знаем, - прервала его пенсионерка. – Ты-то высокого полета птица. Может, подсобишь чем бабушке. Вижу, не ссорятся, не ругаются. За косы друг друга не таскают. А все ладу у них нет. Чего не поделили? Вроде, и с парнем тем уже разобрались. А все равно как кошка с собакой.

- Яна и Марина совершенно разные по духу, - издалека начал Александр. – Марина у вас, как бы так мягче выразиться...

- Да уж говори, как есть, - разрешила бабушка Липа.

- Грубая, деревенская девка. Нет в ней чуткости, нежности. Словно репейник, цепляется она к людям. Марина же – сущая противоположность. Чуткая. Знакома с приличиями. От того ей так тяжело с вашей Яной.