Аллея Плакучих Ив была узкой и извилистой. Деревья росли так плотно, что их свисающие ветви образовывали живой, шуршащий тоннель. Здесь не было стражи — я заранее позаботился об этом руками Цзян Чэня.

Я шел неспешно. Мои шаги были абсолютно бесшумными. Я не подавлял свою ци, напротив, я позволил ей тонким, едва заметным слоем растечься по моим меридианам, обостряя слух и зрение до нечеловеческих пределов.

Я слышал, как бьются сердца воробьев в гнездах высоко на ветвях. Я слышал, как капля воды срывается с листа и падает в лужу.

И я услышал их.

Пять едва уловимых сбоев в ритме ветра. Пять теней, слившихся с корой деревьев и мраком аллеи. Они контролировали свое дыхание безупречно, но они не могли остановить биение собственных сердец.

Я остановился ровно на середине аллеи, там, где свет от ближайшего фонаря не мог пробиться сквозь густую листву.

— Наследный принц слишком скуп, — произнес я в пустоту, мой голос прозвучал спокойно и насмешливо. — Послать всего пятерых псов за головой дракона. Какое неуважение.

Тени дрогнули. Они поняли, что обнаружены. Промедление стало невозможным.

Воздух разорвался от свиста рассекаемой стали.

Они атаковали одновременно, с пяти разных сторон. Без боевых кличей, без лишних движений. Смертоносная, идеальная звезда из лезвий, сходящаяся в одной точке — в моем горле.

Я не стал уклоняться.

Мои глаза вспыхнули тьмой. Ци, дремавшая в моих расширенных меридианах, взорвалась с силой тайфуна. Я сделал шаг вперед, навстречу ближайшему ассасину.

Моя рука метнулась быстрее, чем мог зафиксировать человеческий глаз. Я не использовал меч, моим оружием была моя внутренняя энергия. Мои пальцы, сложенные в жест "клюв журавля", пробили грудную клетку убийцы с влажным, тошнотворным хрустом. Я не просто сломал кости, я направил импульс разрушительной ци прямо в его сердце, разрывая его в клочья.

Первый труп еще не успел осесть на землю, а я уже развернулся, используя его оседающее тело как щит от двух летящих в меня сюрикенов. Отравленные звезды с глухим стуком вонзились в мертвую плоть.

Трое оставшихся ассасинов на мгновение замерли. В их глазах, скрытых черными масками, мелькнул шок. Они ожидали встретить слабого, больного принца, а напоролись на демона во плоти.

Этого мгновения замешательства мне хватило.

Я скользнул под лезвие второго убийцы, перехватил его запястье и вывернул его с такой силой, что кость с жутким треском прорвала кожу и ткань рукава. Убийца захрипел, но я не дал ему упасть. Я выхватил его собственный меч из ослабевших пальцев и одним слитным, круговым движением снес голову третьему нападающему. Кровь фонтаном ударила в ствол ивы, окрашивая листья в черный цвет.

Осталось двое.

Они поняли, что миссия провалена, что перед ними мастер, превосходящий их на несколько порядков. Инстинкт самосохранения заставил их отступить, готовясь к бегству.

— Никто не уйдет, — прошептал я.

Я метнул меч. Клинок со свистом рассек воздух и насквозь пробил спину четвертого ассасина, пригвоздив его к деревянной колонне галереи, виднеющейся за деревьями.

Последний убийца, самый высокий и, видимо, лидер группы, понял, что бежать бессмысленно. Он издал глухой, яростный рык и бросился на меня, сжимая в руках короткий, изогнутый клинок, от которого исходил тошнотворный, сладковатый запах яда.

Я легко мог убить его, мог раздробить его череп на расстоянии одного шага импульсом ци. Я мог сломать ему шею одним движением.

Но в моей голове вспыхнуло лицо Шуан-эр. Её глаза, полные слез, когда она просила меня не умирать. Её тонкие руки, обнимающие мои плечи.

Если я вернусь к ней невредимым, забрызганным чужой кровью, я снова стану для нее непобедимым монстром. Тираном, от которого нужно прятаться.

Но если я вернусь раненым... Если она увидит мою кровь... Её жалость, её извращенная потребность спасать меня привяжет её ко мне крепче любых цепей.

Я опустил руки и подавил свою защитную ауру ци, делая свое тело таким же уязвимым, как у обычного смертного.

Убийца, не веря своей удаче, сделал выпад.

Его отравленный клинок со свистом распорол черный шелк моего ханьфу на левом боку, чуть ниже ребер, и глубоко вонзился в плоть.