— В этом бою нет, — покачал я головой. — Это уже потом меня за руку зацепили, — услышав эту новость, княжна сразу напряглась и уставилась на мои руки. — Да там сущие пустяки, небольшое рассечение, даже шить не пришлось. А вот Борису Николаевичу и Остапу Афанасьевичу раны пришлось зашивать. Каменский был сильно ранен, и я вовремя подоспел, а то он там бы и остался.

— Ты спас барону жизнь? — удивлённо спросила Софья.

— Фактически да, — ответил я. — Но я почему-то не люблю эту фразу, слишком пафосно звучит.

— Неважно, как это звучит, — медленно покачала головой девушка. — Главное — спасённая жизнь. Каменский такие вещи не забывает, так что можешь считать, что твоя спина всегда будет прикрыта, даже если вдруг судьба повернётся так, что вы окажетесь по разные стороны.

— Это зачем мы должны оказаться по разные стороны? — нахмурился я. — Он очень хороший человек, преданный твоему отцу, во всём поддерживает меня. Можно сказать, что он для меня лучший друг.

— А как же я? — спросила княжна и едва заметно улыбнулась.

— А ты моя сестра, пусть и названная, для меня это уточнение значения не имеет, — уверенно ответил я. — К тому же ты спасла мне жизнь.

— Теперь я поняла, о чём ты говорил тогда, — усмехнулась девушка. — В этой фразе слишком много пафоса, когда она касается тебя. Значит ты тоже прикроешь мне спину, даже если мы вдруг окажемся по разные стороны?

— Послушай, я тебя сейчас не понимаю, — вздохнул я. — Зачем ты так говоришь?

— Ну это метафора, — пожала Софья плечами. — Я же образно.

— Слава богам, — вздохнул я, на этот раз с облегчением. — Я уж думал, что ты знаешь что-то особенное, чего я не знаю.

— Пока нет, — улыбнулась княжна. — Но жизнь штука сложная. Особенно у нас, у высшей аристократии.

— Не говори так, от этой мысли мне становится жутко, — признался я. — Давай пообещаем друг другу, что никогда ни при каких обстоятельствах не окажемся по разные стороны.

— Но это не всегда от нас зависит, — тихо произнесла Софья, потупив взгляд. — Но я могу пообещать тебе, что при любых обстоятельствах я снова спасу тебе жизнь и никогда не попытаюсь отнять. Это я обещаю.

Сказав это, она снова посмотрела мне в глаза. Немного с тревогой, но больше с ожиданием и надеждой.

— И я обещаю тебе не отнимать твоей жизни и никому не дать её отнять, — сказал я, глядя ей в глаза.

— Совсем скоро уже ехать в академию, — сказала девушка, резко переключив тему.

Может мне показалось, но она немного смутилась. Согласен, разговор получился, мягко говоря, особенный.

— Как ты чувствуешь, готов? — спросила княжна.

— Думаю, что да, — сказал я, но не особо уверенно. — надо ещё немного подтянуть алхимию. Спасибо Александру, что он помог мне во многом разобраться. Ещё бы боевые навыки подтянуть. В идеале было бы получить третью ступень.

— Третью ступень? — удивлённо вскинула брови Софья. — У Александра третья, а он уже поедет на третий год обучения. Правда у него совсем скоро будет четвёртая, он сказал.

— Понимаю, о чём ты, — ухмыльнулся я. — Просто у меня особые обстоятельства и желательно с этим поторопиться, чтобы суметь постоять за себя. И за род Пожарских тоже, кстати.

— В этом ты прав, — кивнула девушка. — Но я вряд ли чем смогу тебе помочь, а вот Саша вполне способен. Он сказал, что тебя ждут усиленные тренировки в ближайшие дни.

— Наверно Герман Рейнгольдович и Иван Захарович выжмут из меня все соки, — рассмеялся я. — Но я нисколько не возражаю, если это поможет мне приблизиться к третьей ступени.

— Ту сумасшедший! — рассмеялась теперь и Софья. — Знаешь об этом?

— Всегда подозревал, — усмехнулся я. — Но надеялся, что с хорошим подтекстом.

* * *

Следующие несколько дней оказались действительно очень напряжёнными. Точнее это был ад, но всё строго по расписанию: тренировки по боевой магии, фехтованию, занятия по алхимии, истории, взаимоотношению родов. Наставники усиленно старались подтянуть меня до должного уровня, а я, входя в спальню ближе к полуночи, просто падал на кровать с чувством, что из меня выпили все соки.