— Бал в царском замке — это не просто место, где люди танцуют, Михаил Фёдорович, — тихо сказал Каменский, подойдя ближе. — Обратите внимание, как представители других родов смотрят на вас и на знак на вашей груди. Да, они носят маски, но не все носят умело. Что нельзя прочесть по лицу, зачастую можно прочесть по глазам, они не улыбаются, когда человек лишь делает вид, что рад вас видеть. Они смотрят на вас, а вы смотрите на них и запоминайте, кому вы интересны, как объект общения, кому как потенциальный партнёр, а кому враг или дойная корова, которую можно обобрать до нитки. И всегда помните, если кто-то придёт, чтобы убить вас, он придёт не с ножом, а с улыбкой.

— Очень любопытный совет, Борис Николаевич, — так же тихо ответил я, улыбаясь и вежливо кивая проходившим мимо. — Постараюсь это запомнить.

Во взгляде проходивших я прочитал интерес к возможному выгодоприобретению, имея дело со мной. Может быть, мне лишь показалось, буду тренироваться.

Глава 9

За окном было ещё темно, когда я резко проснулся от сильного стука в дверь наших покоев. Дверь в спальню я оставил чуть приоткрытой, чтобы слышать, когда встанет кто-то из семьи. Стук повторился, кто-то от души стучал кулаком, без особых церемоний.

— Именем царя Иннокентия Двенадцатого, откройте! — громко заявил чей-то зычный недовольный голос.

Я принялся быстро одеваться. Через щель двери я увидел, как князь Пожарский направился ко входу прямо в ночной рубашке и босиком.

— Ночь же на дворе, имейте совесть! — возмутился Фёдор Алексеевич, открывая дверь.

— Князь Пожарский? — спросил тот же голос уже чуть тише.

— Собственной персоной, — буркнул князь. — Что случилось?

— Ваш бастард совершил преступление в царском замке, это возмутительно! — заявил мужчина.

Я тем временем уже надел штаны и рубашку, затем направился в общий холл покоев, надевая на ходу камзол, жабо нацеплять не стал.

— Какое ещё преступление? — удивлённо спросил я, подходя ближе. — Я спал всю ночь, был насыщенный день, потом ещё этот бал.

— Есть свидетель, который утверждает, что видел вас бегущим с места преступления, — доложил мужчина. — Он узнал в том числе знак на вашей груди. К тому же на месте преступления обнаружены признаки применения магии воздуха.

Только теперь я увидел, что в коридоре позади мужчины стоят несколько стражников в полном облачении. За мной прислали целый отряд.

— Любезный, вы разбудили нас посреди ночи и предъявляете ложные обвинения, — начал возмущённо говорить Пожарский. — Перед тем, как их выдвигать, надо сначала перепроверить.

— Обвинения выдвигает суд, ваше сиятельство, — невозмутимо ответил мужчина, теперь я увидел на его кителе воинские знаки отличия, но не знал, что они обозначают. — Меня направили арестовать вашего бастарда для полного выяснения обстоятельств.

— Ну хорошо, — неохотно ответил Фёдор Алексеевич. — Подождите минуту, я оденусь и пойду с вами.

— Это вовсе не обязательно, ваше сиятельство, — немного раздражённо ответил офицер дворцовой стражи. — Но вы имеете на это право.

— Значит воспользуюсь, — буркнул князь и ушёл в свою спальню, откуда выглядывала встревоженная супруга.

Все остальные тоже высунулись в холл, переводя взгляд с меня на офицера и протирая сонные глаза. Я тем временем полностью застегнул камзол и окончательно проснулся. Похоже, кто-то решил меня подставить. Что же они там такое натворили? Надеюсь, что никто серьёзно не пострадал.

Князь вышел одетым довольно быстро. Я первым вышел в коридор и меня сразу окружили кольцом стражники. Пожарский шёл впереди вместе с офицером. Мы спустились по лестницам на несколько этажей и очутились в подобии подземелий, а скорее всего это именно они и были.

Вот это дожили, только совсем недавно меня объявили княжичем, теперь обвиняют неизвестно в каком преступлении. Очень надеюсь, что ведут не в камеру пыток.

Офицер остановился и открыл дверь справа. Кто-то из идущих позади меня стражников не особо вежливо подтолкнул меня вперёд. Я не стал сейчас выяснять отношения и вошел в помещение, похожее на допросную. За столом сидел лысоватый мужчина в чёрном сюртуке, недобро посмотревший на меня исподлобья.

— На стул, — буркнул он, указав пером на стул, стоявший в паре метров перед его столом.