В последней фразе я заметил в её голосе некоторую неуверенность. Наверняка ей поручили ещё и шпионить за мной, но так, неофициально, и я даже догадывался, кто ей это поручил. Не может же девушка из простых отказать юному княжичу в небольшой услуге. Тем более, что ей это ничего не стоит, а я здесь пока что чужой.

Я не стал задавать ей дальше вопросы на эту тему, решил использовать этот момент в своих интересах и проверить потом правильность моих предположений.

— А давай-ка ты мне расскажешь о семье, в которую меня приняли, — сказал я, возвращаясь в гостиную и снова усаживаясь за обеденный стол. — Да ты присядь, в ногах правды нет, она в другом месте.

— В каком же? — немного смущаясь, спросила София, присаживаясь на самый краешек стула и сохраняя осанку.

— Забудь, — махнул я рукой, улыбаясь и стараясь не рассмеяться. — Ну, рассказывай.

— А что тут рассказывать? — пожала девушка плечами, и я усилием воли продолжал смотреть ей в глаза, что на лице, а не те, что при резком движении едва не вывалились из декольте. — Про князя Пожарского и так все знают.

— Хорошо, — кивнул я. — Теперь представь, что я чужеземец, приехал откуда-то издалека и малейшего понятия не имею, кто такой князь Пожарский.

Девушка нахмурилась, запуская мыслительные процессы, потом начала рассказывать. На мой вкус даже слишком подробно и с изобилием ненужных деталей. Но я не стал её останавливать, боясь пропустить что-то важное. Увидев мою заинтересованность, София окончательно расслабилась и превратилась в рассказчика, каких ещё поискать.

За относительно короткое время я узнал предысторию княжества, о детях Фёдора Алексеевича, о том, что все они прошли инициацию и показали предел ниже девятой ступени.

— Что всё это значит? — перебил я гувернантку. — И что означает сам предел?

София открыла было рот, но тут же закрыла, испуганно посмотрев на меня. Потом сделала вид, что вспоминает, что было явно наиграно. Значит я коснулся темы, на которую ей запрещено распространяться.

— А вот этого я не знаю, Михаил Тимофеевич, — пожала плечами София, потом завертела головой, словно отгоняя назойливую муху. — То есть Фёдорович. Это вы лучше у Бориса Николаевича спросите, я смотрю вы с ним общаетесь. А все эти ступени и пределы — это всё не для нас, простых. Этим маги ведают.

— А Каменский тоже маг? — спросил я, хотя и сам это подозревал.

— А как же⁈ — воскликнула девушка с удивлённой улыбкой. — Он кого хочешь испепелит, разве что только другой маг устоять сможет.

— Хм, а по нему так сразу и не скажешь, — покачал я головой.

— Так что же он, по-вашему, ваше сиятельство, должен постоянно со сгустком пламени в руке ходить? — рассмеялась София, потом резко осеклась и снова выпрямилась, как кол проглотила. Видимо вспомнила про изменение моего статуса, а её поведение в последние полчаса не совсем соответствовало. — Прошу прощения, ваше сиятельство, — добавила она уже другой, более холодной и почтительной интонацией.

— Пока рядом других никого нет, можешь так не напрягаться, — постарался я её успокоить.

— Хорошо, — кивнула она и улыбнулась, но поза всё равно оставалась напряжённой. — Вам скоро идти на ужин. Могли бы и сюда подать, но мне велено вас привести на ужин к детям князя, заодно и познакомитесь поближе.

— И что плохого мне ждать от этого ужина? — спросил я у Софии, исподволь наблюдая за её реакцией.

— С чего это вы взяли, ваше сиятельство? — удивлённо спросила девушка, но глаза её при этом забегали. Похоже она пока не настолько прониклась доверием ко мне, чтобы выдавать и этот секрет. — Все они хорошие воспитанные люди. И Александр, и Дмитрий, и Софья, и Константин. Я же рассказывала вам про них только что.

— Ну если они такие хорошие и вообще в семье Пожарских всё в порядке, тогда зачем я вообще нужен? — задал я очередной каверзный вопрос, будучи уже уверенным, что она не ответит.

— Ну как это зачем? — пожала девушка плечами и её щёки залились румянцем. — Ну вы же… Ой, не мучайте меня, Михаил Фёдорович, спрашиваете такие сложные вещи, откуда ж я могу такое знать?