— Помилуйте, да кто ж спорит-то, ваше благородие! — всплеснул руками мужчина, готовый уже сквозь землю провалиться. — Не извольте переживать, сейчас всё сделаем как положено. А крепкие ребята у нас в деревне имеются, рубежи найдём кому охранять. А вы пока в горницу проходите, сейчас я Яшку своего к вам пришлю, посмотрите. Сами и убедитесь, что там некого на рубежи слать, слаб он.

— Вот и посмотрим, — холодно сказал барон, одарив собеседника таким взглядом, что староста съёжился, затрясся ещё сильнее и рванул с места выполнять поручения.

Буквально через пару минут по другую сторону стола от Каменского сидел худосочный паренёк с усыпанной веснушками переносицей и впалыми щеками. Такого самого от дуновения ветра надо охранять, а не то, что на рубежи.

— Магией обладаешь какой? — строго спросил Борис Петрович у испытуемого.

— Чего? — робко переспросил парнишка, выпучив зелёные глаза.

— Ну фокусы делаешь какие-нибудь? — спросил барон, стараясь не закипать. — С водой, с воздухом, с огнём?

— Чего? — снова произнёс парнишка, словно это было единственное слово, которое он успел к своим годам выучить.

— Ничего! — раздражённо буркнул Каменский и поставил на стол подобие бронзового подсвечника, на котором вместо свечи красовался удлинённый красный кристалл, уменьшенная копия того, что находился в родовом святилище в замке. — Смотри на кристалл и держись вот здесь.

Барон указал конкретно, где надо держаться, но парень просто смотрел на кристалл и ничего не делал. Тогда помощник барона привстал, взял парня за руку и буквально прилепил её к «подсвечнику» чуть ниже кристалла.

Спустя некоторое время кристалл едва заметно засветился и запульсировал, но это не вызвало буйной радости у проверяющих, свечение было слишком слабым.

— Трёшка, не больше, — тихо сказал барону помощник.

— Вижу, — ответил барон, который сидел нахмурившись и выглядел чернее тучи, но тут же смахнул угрюмость с лица, вернув спокойное безразличие.

Каменский особо и не рассчитывал на быстрый успех, так что даже нисколько и не расстроился, поиски продолжаются.

— Да отпусти ты уже его, — сказал помощник парню и практически силой разлепил его побелевшие пальцы, освободив индикатор. — Свободен, иди дальше празднуй. И скажи бате, пусть следующего присылают.

Староста деревни расстарался и привёл пару дюжин парней подходящего возраста, работы чувствительно прибавилось. Барон решил не затягивать время и не терять его на пустые беседы. Испытуемые заходили один за другим, не задерживаясь на большее время, чем справляли бы малую нужду.

— Вроде поярче, — неуверенно сказал второй помощник Каменского, Виктор Тимофеевич, когда очередной юноша с энтузиазмом схватился за основание индикатора. У этого желания вырваться из деревни было явно побольше.

— Ярче, — кивнул барон. — Тут будет пятая или даже шестая. Запиши его в журнал, учтём на будущее.

— Уже вписал, ваше благородие, — ответил помощник, демонстрируя исполнительность и предусмотрительность.

— Молодец, — кивнул Борис Николаевич. — Возьми с полки пирожок.

— Да, ваше благородие, — оживился помощник, — староста чай с пирогами предлагал, может угостимся?

— Некогда, с собой возьми, по пути поедим, — отмахнулся барон.

— Слушаюсь, ваше благородие, — сказал помощник, сглотнув набежавшую слюну.

Запах вкуснейших пирогов настойчиво проникал в горницу, где проходило испытание. Помощники давно ёрзали на стульях, но Каменский не обращал на это никакого внимания.

Последний парень вышел из горницы. Итог не утешительный, ни одного достойного кандидата в княжеские бастарды так и не выявили. Через пять минут дилижанс уже выехал за околицу, катясь дальше в поисках «того, не знаю кого».

— Дай сюда, — сказал Борис Николаевич помощнику, на коленях которого стояло лукошко с пирогами, накрытыми расшитым полотенцем. — Уж дюже вкусно пахнут.

Глава 5

Дело шло к вечеру, мы с Олесей наперегонки выполняли поручения родителей, и я старался закончить свою порцию заданий как можно быстрее, так как потом намеревался снова пойти к деду Филиппу. И так проходили день за днём — работа по хозяйству, огород, сенокос, потом тренировки по магии.