— В яблочко! — довольно ответил дед. — По-другому бы я со всем этим не справился, а так хоть какое-то применение нашлось. Сильные маги земли и в бою сильны, но я решил в основном прикладной ограничиться, для хозяйства полезнее, но могу и пакость сотворить при желании, но пока такового не возникало, надеюсь, что и не возникнет.

— Так ты только представь, дед Филипп, сколько ты с таким даром мог бы всей деревне помогать, озолотился бы, — не выдержал я, представив себе его возможности.

— Не так всё просто, Мишка, — покачал головой дед Филипп, грустно улыбаясь. — Я тысячу раз порывался и тысячу раз останавливал сам себя. Так-то ты прав, вся деревня жила бы безбедно, да только шила в мешке не утаишь, доложили бы про меня куда следует и помер бы я давно на грядках где-нибудь в окрестностях поместья жадного графа или барона. А так я практикую потихонечку, да себя обеспечиваю, ни у кого ничего не прошу, тем и живём.

— Ну да, тоже, верно, — произнёс я с грустным вздохом и ещё раз пробежался взглядом по аккуратным грядкам. — Так ты мне сможешь помочь с развитием магии? Хоть той, что есть.

— Помогу, конечно, — охотно кивнул дед. — Чем смогу помогу. Я ж не наставник какой, так что ты ежели что не серчай. Допивай чай и пошли в дом.

Я не заставил себя долго ждать, быстро осушил чашку, помог деду Филиппу собрать посуду на поднос (такой роскоши в нашем доме точно не замечал) и пошёл вслед за ним в сторону дома. Дед подождал, пока я выйду с его огорода, махнул рукой и проход быстро затянулся кустарником да хмелем, словно его там и не было. Чудеса. Теперь понятно, почему в прошлый раз я его даже не заметил — по причине полного отсутствия.

— Садись за стол у окна, — сказал дед, доставая с полки ту самую книгу. — Там лучше видно. А для начала давай я научу тебя медитации, без этого накопление силы происходит очень уж медленно. Закрой глаза и сосредоточься, отпусти все мысли о сущем и полностью погрузись в себя.

Дед заговорил интересными словами, которые никак не укладывались в местный быт. Сразу видно, образование в замке князя сильно отличается от того, что считается нормой в деревне.

* * *

От деда Филиппа я ушёл значительно позже, чем рассчитывал, но, ясное дело, наручных часов, да и карманных, у меня не было, день здесь мерялся только по солнцу. А солнце мне подсказывало, что к обеду я сильно опоздал.

Так и получилось, когда я вошёл во двор, там никого не было. Удары молота из кузни я слышал ещё из дома деда Филиппа. Войдя в избу, увидел лишь пустой стол, но в печи стоял чугунок, от которого тянуло наваристыми щами.

— Ну Мишка, я же просила тебя вернуться быстрее! — воскликнула Олеська, входя в избу вслед за мной. — Мамка опять ругалась на тебя, но, когда увидела сколько ты сена накосил, сразу угомонилась. Садись за стол, я тебе щей налью.

Сестрёнка довольно шустро налила мне большую миску щей, достала с завешенной занавеской полки хлеб и отрезала половину луковицы. А что ещё для счастья надо? Я взял в руку грубо вырезанную деревянную ложку и подвинул ближе миску, приступая к еде.

— А чем ты после обеда собирался заняться? — спросила Олеся, усевшись напротив меня за стол и с улыбкой наблюдая, как я уплетаю щи.

— Хотел предложить бате серп изменить, чтобы косить было легче, — поделился я, в ускоренном темпе работая ложкой.

— И чего там можно поменять, — протянула Олеся, глядя на меня немного удивлённо. — А я хотела тебе предложить за травами до холма сходить, пока цветут. Самое время собирать, а то потом поздно будет.

— И за травами надо, — кивнул я, вспоминая просьбу деда Филиппа. — Но сначала кузница.

— Так отец там лошадь запрягает, собрался готовый заказ в Голубевку везти, — сказала сестра.

Только сейчас я понял, что удары молота давно затихли.

— Понятно, — сказал я со вздохом. — Ну, без бати мне там делать нечего, значит идём за травами.

— Ой, здорово! — воскликнула Олеська и захлопала в ладоши от радости. — А то мамка просила побольше набрать, одна я до заката там лазить буду по склону.

— Значит не одна, — сказал я, сыто икнув и отодвигая от себя пустую миску.

— Я пока помою, а ты иди в сарай за мешками, — сказала сестрёнка, подхватила миску и ринулась на улицу.