Я сосредоточился и приготовился уже махнуть ладонью, чтобы вызвать хотя бы лёгкий ветерок, но, как раз в этот момент очередной кровопийца впился мне в лоб и вместо намеченного движения я резко хлопнул себя ладонью по лбу.

Дальше было что-то с чем-то: вместо предполагаемого ветерка я получил завихрение воздуха прямо перед собой наподобие крохотного торнадо, который посвистел долю секунды, потом бесследно растворился, но заметить я это чудо успел.

— Это что сейчас было? — оторопело спросил Степан, который как раз в этот момент оторвался от работы и что-то собирался мне сказать.

— Понятия не имею, — честно сказал я, замерев на месте и меня тут же начали облеплять комары. Я замахал руками и крикнул в сердцах: — Да как же вы уже меня достали!

Возможно, от всплеска эмоций и резких взмахов передо мной снова появился миниатюрный смерч и разметал всех крылатых в разные стороны, растрепав попутно мои кудри.

— Очуметь! — воскликнул мой друг, глядя на меня, как на кудесника. Даже от впервые в жизни увиденного водостока он не так оторопел. — Да ты прямо как настоящий маг-воздушник!

Степан сидел на только что скошенной им траве и смотрел на меня расширенными глазами.

— А что, я раньше так не умел? — задал я совсем уж неудачный вопрос от растерянности.

— А то ты не понял? — усмехнулся Степан, усевшись поудобнее и не спуская с меня глаз. — А сможешь ещё раз повторить?

— Сейчас попробую сделать немного по-другому, — сказал я, сосредоточив все мысли на одном — собрать воздух передо мной в кучку и как следует закрутить.

В этот раз я постарался сделать движение рукой так, словно создаю воронку из воды в ведре, только так, словно это ведро опрокинутое. Теперь вихрь размером именно с ведро завис в воздухе на пару секунд, а у меня резко закружилась голова и я чуть не рухнул на бок, борясь одновременно с тошнотой.

— Поплохело? — с сочувствием спросил Стёпка и подсел поближе, придерживая за плечи. — Ты дыши глубже. Да не так, медленно.

Я особо не задумываясь прислушался к советам приятеля и мне правда вскоре полегчало. Перестало тошнить и прекратилось головокружение. Насколько я помню по книгам, что я так любил читать в прошлой жизни, у меня только что проявилось магическое истощение, то есть кончился запас той самой энергии, что необходима, чтобы творить чудеса. Вот только как восполнять её и накапливать, я понятия не имел. Может медитация? Надо будет зайти к деду Филиппу и попробовать найти ответы в той самой книге, а то в прошлый раз только картинки немного посмотрел.

— Зато комаров больше нет, — довольно произнёс Степан. — Ну мне-то они не страшны, а ты теперь спокойно сможешь траву косить.

— А почему они тебе не страшны? — спросил я, тряхнув головой и окончательно приходя в норму. — Ты для них невкусный?

— Невкусный? — засмеялся приятель, потом пожал плечами. — Может и так. Но вообще я могу им приказывать, что делать, а что не делать. Вот смотри.

Неподалёку кружил увесистый слепень, выбирая с какой стороны лучше подобраться к столь аппетитным и вкусно вспотевшим кормушкам с серпами в руках. Стёпка уставился на него и беспорядочный полёт превратился в ровные круги, потом восьмёрки, а затем насекомое и вовсе воспроизвело так называемую петлю Нестерова, о существовании которой до этих пор даже не догадывалось. Потом слепень просто умчался вдаль и исчез из вида.

— Так это ты и от меня мог комаров отогнать выходит? — спросил я приятеля и покосился на него сквозь подозрительный прищур, чтобы вызвать чувство вины.

— Эх, если бы, — вздохнул приятель, который и сам сейчас заметно побледнел, видимо словил тот самый «откат». — Я не настолько сильный. То, что рядом находится — легко, а стоит чуть подальше и уже намного сложнее, как с этим слепнем, ещё и от количества зависит.

— Понял, — кивнул я. — Тогда я со своими кровососами сам справлюсь.

Я снова крутанул рукой, создав едва заметное завихрение и разметав начинающих собираться вокруг меня насекомых, потом живо начал орудовать серпом, пока снова не налетели.