Господа задали ещё с десяток вопросов, хозяева двора очень осторожно и без излишеств отвечали. Потом гости решили откланяться и перед отъездом подарили родителям Михаила книгу с золотым тиснением: «История Русского царства».

— Барон Каменский велел вам передать, — сказал старик, довольный произведённым книгой впечатлением. — А то, говорит, в глубинке плохо знают историю, надо это дело исправлять. А там, глядишь, и школы в деревнях организуют, чтобы простых людей грамоте обучать и наукам всяким. Истории Русского царства, например.

— Спасибо, ваше благородие, — довольно искренне поблагодарил кузнец, принимая щедрый дар, потом учтиво поклонился.

— А покажите мне душ, который ваш сын сделал, — сказал вдруг старик, рассматривая тем временем примитивный, но вполне дееспособный водосток, хитрым образом фиксированный к соломенной крыше. Раньше подобного в деревнях не видел.

— Душ? — с гордой улыбкой переспросил кузнец. — Так идёмте, это рядом.

Все дружно направились к сараю, на крыше которого стоял бочонок, а рядом стремянка, предназначенная для того, чтобы до этого бочонка добраться. Внутри тоже не оказалось ничего сверхъестественного. Из потолка торчал обрезок трубы с самым простым вентилем, к ней был подвешен кусок бурдюка, продырявленный скорее всего толстым шилом или гвоздём. Несколько ровных рядов тонких отверстий.

Кузнец отошёл в сторону от бурдюка и открыл вентиль. На пол полился настоящий небольшой дождь.

— Чудеса на самом деле не так уж и сложны порой, — сказал пожилой господин с улыбкой на лице. — Спасибо за экскурсию, мы пойдём.

— Так может хоть отобедаете с нами? — спросила вдруг мать Михаила. — У нас как раз щи настоялись, вчера варила. Пироги со смородиной с утра испекла.

— Задерживаться на обед мы не станем, — сказал пожилой господин, так и не представившись. — А вот за пироги будем благодарны, по пути съедим.

Серафима Петровна, охая, убежала в избу и через пару минут вернулась с кувшином молока и котомкой с пирожками.

— Вот, держите, господа хорошие, — сказала женщина и внезапно пустила слезу. — А Мише передайте, что мы по нему очень скучаем.

— Обязательно передам, — сказал пожилой барин, принимая дары. — А за пироги и молоко спасибо.

Гости сели в карету и уехали, а кузнец с женой и дочкой вошли в избу. Тимофей Егорович осторожно положил дорогущую книгу на стол и попытался открыть.

— Что-то страницы склеились, — пробормотал он себе под нос.

Он продолжил осторожные попытки открыть-таки книгу и вскоре это получилось. Тут все пооткрывали рты. Оказалось, что книга со значительным дефектом. В страницах были вырезаны дыры. Но вырезаны они были не просто так, в каждой такой дыре лежало по серебряной монете высокого достоинства. Дальше следовал ещё один такой блок, потом ещё.

— Да мы же теперь… — начала было жена кузнеца, но дыхание вдруг перехватило.

— Мы теперь богатые! — тихо, но восторженно произнесла Олеся.

— Очень приличная сумма, — сказал кузнец, качая головой и цокая языком. — Книгу жаль, конечно, но деньги большие. Не пожалели историю государства, чтобы такой тайник сделать.

— Это наверно Мишка нам передал, — тут же предположила Олеся. — Он ведь обещал нам помогать, когда на месте устроится.

— Никак ограбил кого… — сдавленно произнесла женщина и прижала ладони к щекам.

— Брось ты, глупая! — на эмоциях кузнец даже сплюнул на пол. — Наш Михаил не такой!

— Да, он не такой, мамочка! — подхватила Олеся.

— Не такой, — кивнула мать, соглашаясь.

Глава 25

Обеденный зал был сегодня почти пуст. Михаил вместо обычного завтрака проходит стажировку с бароном Каменским, родители тоже чаще всего завтракают отдельно: мать в своих покоях, а отец в основном в кабинете. За столом сидят пока только Софья и Александр, но к еде пока не притрагиваются, ждут братьев.

— Как там Костя, не знаешь? — поинтересовалась Софья у старшего брата, нарушив невольную минуту молчания.

— Не больше, чем ты, к сожалению, — покачал головой Александр. — Он начал отстраняться от меня ещё после той нашей беседы в парке, до приезда Михаила. Я даже не пытался пока его беспокоить, этим занимается Дмитрий. Очень надеюсь, что он приведёт младшего на завтрак, время пока позволяет.