По пути с тренировки по фехтованию думал, как хорошо, что у меня теперь есть душ, что значительно экономит время на омовение. До ужина останется достаточно времени, чтобы позаниматься с Софией дворцовым этикетом и подготовиться к приезду этого не очень доброго гостя в виде князя Куракина, если вдруг Каменскому будет некогда, он небось в мыле носится.

Насколько я понял все здесь ждут семью Куракиных, испытывая внутреннее напряжение, но и отказаться от их приезда нельзя — соседи всё-таки, да и потом Куракин из этого может сделать очень оригинальные выводы с непредсказуемыми последствиями, так что проще принять, потерпеть и поулыбаться через силу.

София как раз работала над моей осанкой и походкой, следующим этапом планировалось поработать над мимикой и улыбками, когда в дверь постучали. Стук непривычный, это не Каменский и не прислуга, к двери я подошёл сам, остановив уже отправившуюся было гувернантку.

За дверью меня ждал интересный сюрприз. Передо мной стоял княжич Александр Фёдорович Пожарский. Лицо спокойное, на лице подобие приветливой улыбки, оружия и отравленных пирожных при нём я не увидел.

— Чем-то могу помочь? — спросил я первое, что пришло в голову.

Визит, мягко говоря, неожиданный, но почему-то не напрягающий, даже сам себе удивился, как и тому факту, что Александр решил меня навестить.

— Надеюсь, у вас найдётся некоторое время для разговора? — спросил Александр всё так же спокойно, никакого нажима или волнения, словно мы старые знакомые.

— Прошу вас, проходите, — сказал я, открыв шире дверь и уступая ему дорогу.

— Может мы лучше сразу перейдём на ты? — спросил мой гость, шагнув внутрь. — А то получается, что названы теперь братьями, а разговариваем, как совершенно чужие люди.

Хм, так мы фактически и есть совершенно чужие, но вслух я говорить этого не стал, но насторожился. Зачастую неожидаемая тобой попытка человека к тебе приблизиться означает, что он хочет втереться в доверие, чтобы потом ударить побольнее. Эта мысль не давала мне покоя, но на ты и правда проще.

— Нисколько не возражаю, Александр, — ответил я с выученной добродушной улыбкой, хотя у самого пульс немного участился. — Проходи, присаживайся.

— София, — обратился к гувернантке Александр, отодвигая стул и усаживаясь за стол. — Сходи пока куда-нибудь погуляй, нам с Михаилом надо обсудить важные семейные дела.

— Да, конечно, ваше сиятельство, — встрепенулась девушка, подобрала пышные юбки и поторопилась к выходу, вздыхая по пути, но уже в двери на мгновение остановилась, посмотрела на меня и загадочно улыбнулась.

От это стало немного спокойнее. Всяко она лучше меня знает обстановку в замке и общее настроение, а раз улыбнулась, значит всё должно быть хорошо.

— Раз уж так получилось, — сказал княжич и внимательно посмотрел на меня. — Что мы теперь в какой-то мере родственники, то пора бы как-то наладить отношения, как думаешь?

— Меня неоднократно посещали такие мысли, Александр, — ответил я, немного расслабившись и глядя ему в глаза. — Да только некоторые обстоятельства не способствовали моей решимости по этому поводу. Я прекрасно понимаю, что я для вас совершенно чужой человек, которого внезапно для него самого нарекли вашим братом. Чем угодно могу поклясться, что я этого не ожидал.

— А что ожидал? — спросил Александр, спрятав в уголках рта улыбку.

— Я слышал, что специальные люди из замка периодически отбирают одарённых, чтобы инициировать и оставить служить при замке или с другой целью, — сказал я, задумчиво пожимая плечами. Я решил выдать более объёмную речь, чтобы создать видимость доверия, а сам тем временем наблюдал за собеседником. — Вот и я порадовался, что из пары десятков кандидатов в Хорошевке выбрали именно меня. Думал, что пройду инициацию, обучусь магии, сбудется моя мечта, а тут вдруг такое… Как снег на голову. Уж поверь, для меня это было гораздо большей неожиданностью, чем для вас всех. Тем более, что я поначалу не понял, зачем князю вообще понадобилось называть меня бастардом и наречь сыном, когда у него и так четверо своих детей. Если бы детей не было, тогда было бы понятно, а так…

— И ты уже понял зачем это нужно? — спросил княжич совершенно будничным тоном, я не уловил какой-либо иронии или что-то типа того.