— Сейчас мы находимся в комнате церемоний. Без прямого доступа к Ядру сюда не попасть, и, как я и думала, Октавии это тоже не удалось. Это хорошо, — ловко манипулируя энергией Обители, произнесла Камилла.

— Отследить ее местоположение можешь? — поинтересовался я.

— Да, сейчас, — не открывая глаз, кивнула рыжеволосая, и от нее повеяло легким астральным теплом, — вижу. Эта сука в личных покоях Княгини!

— Принял, — кивнул я и направился в сторону западной стены.

— Эй, ты куда? — открыв глаза, спохватилась Камилла.

— Так, в покои Княгини, — пожал я плечами.

— Откуда ты знаешь, где… — начала бубнить рыжеволосая, но потом встретила мой взгляд и, поняв, что отвечать я не буду, смиренно подошла ко мне.

Подняла руку и надавила указательным пальцем на западную стену, в которой тут же проявилась дверь, и мы выбрались в коридор.

Никаких внешних изменений с моего прошлого посещения он не претерпел. Мягкий, словно облако, белый мех на полу, древние фрески на высоких стенах и нескончаемые витражные окна в пол.

Единственное, что изменилось — это витающее в воздухе напускное ощущение гармонии и уюта, вместо которых местные стихийные частицы источали беспокойство и напряженность.

Они слонялись вокруг с дикой скоростью, словно что-то искали, и их нарастающее воздействие ощущалось тяжестью в ногах.

Обитель чувствовала чужака и пыталась его найти.

Камилла же держалась на удивление хорошо. Девица явно была необычным хамелеоном. Скрывать свое присутствие от сканирования ей удавалось без каких-либо усилий или проблем.

Если я делал это грубо, тупо не пропуская сканирование силой, то Камилла просто позволяла сканирующим астральным частицам проходить сквозь себя, и не встречая сопротивления, они спокойно улетали дальше.

Вынужден признать, способ рыжеволосой намного эффективнее моего. Она потрясающе владеет Астралом. Даже слишком. Может, я ошибся, и она не хамелеон?

Помимо того, что сканирующие частицы продолжали на мне липнуть в попытках пробить защиту и понять, кто я такой, все шло штатно. Мы шли по пустым коридорам несколько минут, пока не остановились у очередного поворота.

Камилла скрежетнула зубами, и я с любопытством выглянул из-за ее мелкого плеча и заметил за поворотом высокую белую дверь, перед которой стояла Астрид.

Высокая белокурая воительница была облачена в свой серебристый боевой доспех, а за ее спиной угрожающе красовалось два клинка с красными лентами.

Только вот ее лицо не изображало никаких эмоций, а глаза воительницы были закрыты, словно она спит стоя. Об этом же намекало едва слышное дыхание и удивительно беспокойный для ее состояния стихийный ответ.

Он колебался, словно воительница сейчас сражается насмерть, а не стоит в полудреме.

— Иной вход в покои есть? — глядя на опасливо поглядывающую вперед Камиллу, спросил я.

— Нет, — закусила губу рыжеволосая.

— Тогда чего сиськи мять, — хмыкнул я и вышагнул из-за угла.

— Стой, Маркус, она ведь… — шикнула мне вслед Камилла.

— Нарушитель, протокол семь, активировать, — отчеканила воительница, и к ней вдруг со всех концов Обители потянулись сотни энергетических нитей.

— Как единственный Ратник Астрала способна призвать всю силу Обители… — закончила фразу рыжеволосая и робко вышла следом за мной.

Астрид же опустила руки, открыла глаза и сделала шаг в нашу сторону.

— Предательница пожаловала и чужака привела, — поцокала языком белокурая воительница и достав из-за спины один из клинков, облизнулась, — уж во второй раз я не промахнусь и не дам тебе уйти, пронырливая сучка.

— Октавия?! — в ярости скрежетнула зубками рыжеволосая и до крови сжала кулаки, — что ты сделала с Астрид? Это ведь ее тело! — попыталась Камилла в гневе броситься вперед, но врезалась лбом в выставленную мной руку.

— Ее, — кивнула воительница, — ты права, милочка, к ядру Обители я не попала, но это и не нужно, если контролируешь ту, на ком завязаны все протоколы безопасности. Не очень умный поступок со стороны мамы, давать такую большую власть настолько слабой духом девке. Одно мое слово, и Обитель сделает все, что нужно. Например, устранит предательницу и чужака, посмевшего проникнуть в святыню.

— Или запереть всех сестер здесь, — тяжело дыша, выпалила рыжеволосая.