Настолько, что я увлекся и задержался на охоте дольше, чем планировал.

— Простите… извините… я спешу… пардон… — бросал я фразы одновременно со взмахами клинком по встречающимся на пути назад Гроксам.

Некоторых я отбивал рукоятью, некоторых одаривал знакомством с мантией, прочих перепрыгивал и уворачивался, лишь бы не потерять скорость.

Я бежал и бежал, а весь тоннель вибрировал от преследующих меня сотен разъяренных тварей, и их непрекращающееся рычание так и порывало меня остановиться и продолжить игру.

Столько халявной энергии!

Но нельзя быть таким жадным.

Я и так за три часа восстановил свои энергетические запасы больше чем на две трети!

Да, тело за такие перегрузки спасибо не скажет, а базовый уровень «Пути Тела» не панацея, и у него тоже есть предел.

Предел, который я практически нащупал, и это было обиднее всего. Ведь я только разогрелся!

Постепенно тварей на пути становилось все меньше, а потом они перестали попадаться вовсе. Не удивительно, ведь основные тоннели были экранированы «водными» трубами и отпугивали тварей от точек добычи руды.

— Только вот тебе на них, похоже, плевать. Да, приятель? — облизнулся я, когда выбежал из тоннеля и увидел покрытую пластинами здоровенную спину твари.

Альфа успешно пробила барьер своего тоннеля и сейчас как раз пригнулась, чтобы лезть в тот тоннель, который я обязался защищать.

Похожая на прямоходящего носорога, ростом метра четыре, с блестящими дикой стихией когтями-саблями, Альфа подпирала своими плечами своды пещеры, которые осыпались от касания с серебряными пластинами.

В отличие от мелких Гроксов, на которых я охотился, защитные пластины Альфы имели ослепительный блеск, а силищи в ней было не в пример больше той Альфы, что я убил в прошлый раз.

Не знаю, где и на ком эта тварь отъелась, но ощущение всемогущества не сбивал даже протянутый над ее башкой трубопровод.

С него я и решил начать.

— Прорви, — громко приказал я.

Тварь среагировала на мой голос и развернула свою здоровенную башку, а увидев на мне кровь своих младших собратьев, протяжно заревела скрежещущим гулом.

При этом Альфа угрожающе раскрыла свою широченную пасть с массивными челюстями.

Как раз в нее и хлынул резкий напор стихийной воды с прорванной трубы.

Гул в буквальном смысле захлебнулся, и я рванул в атаку.

Напором тварь не убило, но завалило набок. Альфа вгрызлась своими лапищами в землю и смогла отползти от бьющей с потолка Воды, но тут ее уже ждал я.

Первый взмах, и тварь лишилась ноги.

Второй взмах, и саблевидные когти правой руки слетают с Альфы вместе с пальцами.

К этому моменту гигантский Грокс, наконец, допер, что основную угрозу представляю я, и взмахнул левой лапищей, от которой я ушел перекатом.

После чего вонзил клинок в бок все еще лежащей на земле твари и побежал вперед, с диким скрежетом рассекая поврежденные коррозией металлические пластины.

Альфа разгневанно верещит, и, понимая, что внутренности выпадут у нее раньше, чем она успеет встать, тварь медленно поднимает свой огромный хвост, кончик которого покрывается серебристым сиянием.

— Поглоти! — кричу я на бегу, и сияющий кончик хвоста вместо свода пещеры «ныряет» в появившееся там облако Тьмы.

— ГР-Р-Р-Р-Р-Р-РА-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!! — ревет Альфа, и в тот же миг «Длань Сумрака» отсекает ей хвост.

Брызжущий кровью обрубок взмывает вверх, орошая все вокруг кровью, а тонкая часть хвоста «ныряет» в мир Тьмы вслед за кончиком, и свежая порция энергии вливается в мое тело.

Альфа надеялась обрушить пещеру, и чтобы сделать это наверняка, перекинула к хвосту почти все запасы своей стихийной энергии, которую Тьма с аппетитом сожрала.

Далее разобраться с израненным гигантским Гроксом было делом техники.

Даже без стихийной атаки, такая дура могла вызвать обрушение одним точным ударом по стене пещеры, потому я методично отсек ей все конечности.

И когда ей уже ничего не оставалось, кроме как истекать кровью и бессильно щелкать наполовину проржавевшей челюстью, я остановился с занесенным над мордой клинком.

Удар, и в пещеру вернулась звенящая тишина, прерываемая лишь звуком падающих с трубы капель Воды.

— Впечатляет, — раздался сухой голос, больше похожий на скрежет металла.