— Писец коту Ваське. Нам повезло как утопленникам. У тебя сегодня, случаем, не день рождения? Мы попали в весьма редкий переплёт.

— Какой переплёт? Вы о чём⁈

Внезапно здание содрогнулось, как больной во время приступа кашля. Раздался ледяной треск, по ступеням и перилам поползла изморозь, полностью покрывая их.

Звуки боя на третьем этаже почти сразу стихли, а потом и вовсе осталось лишь наше с девушкой хриплое дыхание и тихий электрический треск нескольких уцелевших ламп, продолжающих освещать лестницу. Та блестела как ледяная горка.

— Игнатий Николаевич, миленький, что произошло? — прошептала байкерша, ошарашенно оглядываясь.

— Из прохода появился альфа-морозный бес, — просипел я, опираясь на опыт ведьмака. — Могучая тварь, устраивающая ледяные ловушки. Теперь из здания никому не выбраться. Лёд такой, что мама не горюй! Магический. Снаружи его будут колупать несколько часов. Даже танковый выстрел его не пробьёт. Не расплавит и «Инферно» — сильнейшая магия ветви огня. Но через пару часов лёд сам начнёт таять, поскольку альфа-бес либо вернётся в проход, либо ему схеровится в нашем мире — и он коньки отбросит.

— Чего-о-о? — не поверила Мария, округлив глаза. — Это какой-то бред! Я никогда не слышала, чтобы существа из Лабиринта творили подобные вещи!

— То, что ты никогда не слышала об этом, не значит, что такого не бывает.

— Гадство! — взволнованно выдохнула девушка и сунула руку под байкерскую куртку, дабы достать телефон.

А я с трудом открыл обледенелую дверь и вошёл в комнату на втором этаже. Стеллажи с бутылками, пластиковый потолок, пол и стены поблёскивали изморозью. Будто в морозильную камеру попал.

Лампа на потолке мигнула и погасла, оставив меня в холодном полумраке.

— Телефон не включается, рация тоже сдохла, — быстро проговорила Мария, подойдя ко мне. — Попробуйте ваш. Может, моя трубка сломалась?

— Не переживай, твой телефон в порядке, но связи точно нет. Зуб даю, даже два.

— Блин! И что нам теперь делать, Игнатий Николаевич? Вы же столько всего знаете, в институте преподавали. Вон даже про альфу где-то вычитали, а я только про обычных морозных бесов слышала.

Хм, наверное, альфа впервые заявился в этот мир. Дебют, так сказать! И чем ближе к столетию появления здесь Лабиринта, тем больше будет подобной хрени.

Я бы, может, и рассказал местным властям что да как. Но кто ж меня слушать станет? Мне пару раз уже доводилось проходить через такие разговорчики, и ничем хорошим они не заканчивались. Однажды даже пособником тварей Лабиринта окрестили.

— Так, Мария, есть два пути. Первый: спрятаться, ждать и стараться не замёрзнуть, но нас, скорее всего, найдут и сожрут, продрогших и посиневших. И второй: дать тварям бой. Мне больше по душе именно второй вариант. Не люблю прятаться как седая крыса. Да и опять же — опыт. Может, ещё спасём кого-нибудь. У тебя, кстати, какой уровень?

— Сорок первый, магия воды, — ответила та, сглотнула и решительно выдала подрагивающим голосом: — Давайте дадим им бой!

— Ага, порвём им жопы! Только бы костюмчик не запачкать, а то он у меня новый. Вчера купил, причём без всяких скидок.

Мария как-то странно посмотрела, не понимая, шучу я или всерьёз, а затем спросила:

— Куда двинемся?

— На третий этаж, к проходу, но сразу тебя предупреждаю: группа зачистки затихла не потому, что ей надоело стрелять, а по более веской причине…

— Понимаю, — кивнула байкерша, уже полностью взявшая себя в руки.

Молодец, уважаю таких амазонок. Жаль, не рыжая.

— За мной! — бросил я и проскользнул в соседнее помещение.

Оно оказалось пустым. Мы миновали его, дальше прошли по короткому коридору и очутились на пороге просторной комнаты отдыха.

Дрожащий свет единственной лампы падал на обеденный стол, кофемашину, электрический чайник и стулья. А на покрытом изморозью диване возле стены седовласый мужчина увлечённо пожирал собственную руку. Его мутные глаза горели безумием, плоть трещала на зубах. А исходящая паром кровь стекала изо рта на грудь, пачкая пиджак.

— Он ест сам себя… — ошеломлённо прошептала девушка, отправив брови к пластиковому потолку, украшенному мелкими сосульками.