Я же принялся любоваться задом Велимировны. Та грациозно вышагивала по коридору, ритмично стуча каблуками.

— Эх, — досадливо дёрнул пухлой щекой внучок, глядя на строчки, горящие красным цветом. — Все подходящие нам проходы уже забронировали на ближайшее время. Блин, был бы наш род хотя бы в серебряном списке, у нас имелся бы приоритет, и мы бы могли войти в Лабиринт без очереди.

— Так, так, так, здесь поподробнее. Что ещё за списки такие неправильные, где мы даже не в серебре?

— Ты и это забыл? — вскинул брови паренёк, поправив пиджак, прихваченный из лаборатории.

— Тебе рассказать, что ещё про тебя говорил архангел Михаил, пока я с ним на том свете беседовал?

— Не надо, — сразу протараторил он и принялся объяснять, попутно поднимаясь по лестнице: — Списки — это некая оценка силы, влияния и значимости каждого имперского рода. Мы… кхем… в бронзовом, но и то — лишь потому, что у нас в семье аж четверо магов. К сожалению, есть шансы вылететь и из этого списка. Магов же становится всё больше и больше. Все аристократы хотят стать ими, вот и покупают за бешеные деньги отвар из цветка Магии.

Знакомая тема. В моём мире тоже все покупали такую штуку. Причём цветок Магии рос лишь в Лабиринте, а за его пределами погибал даже быстрее, чем монстры от моей руки. Но зато открытый с помощью подобного отвара дар передавался по наследству. Может, и моим детям когда-нибудь он перейдёт. Правда, их пока нет. По крайней мере, я о таких не знаю. Хотя дважды был женат. Да, даже столь опытный ведьмак, как я, попадал в хитро расставленные женские ловушки.

Ностальгически вздохнув, я спросил у пухляша:

— А что дают эти списки?

— Различные привилегии: возможность занять более высокую должность при дворе или на имперских предприятиях. Иногда титулы, земли, заводы-пароходы и прочие блага.

— А как нам добраться до золотого списка? — спросил я, почувствовав азарт.

Это же вызов, а вызовы я люблю. Да и нахождение в золотом списке вполне может помочь достичь моей грандиозной цели.

— Да как обычно… развивать свой род. В зачёт идёт всё: от удачной свадьбы до дорогостоящих трофеев, добытых в Лабиринте. За всё начисляются или отнимаются очки, составляющие рейтинг рода.

— Отлично. Думаю, скоро мы ворвёмся в золотой список с двух ног.

Павлушка сухо хохотнул, почесал второй подбородок и невесело проронил:

— Да ты чего? Не придумывай, дедушка. Нам такой взлёт и не снился.

— Тебе, может, и нет, а вот мне и не такое снилось, — иронично произнёс я и глянул на открывшиеся входные двери института.

Внутрь вместе с капельками мелкого дождя и лёгким порывом ветра вошёл вымокший худой паренёк в обтягивающих джинсах, розовой футболке и с крашеными в белый цвет волосами.

Он вытащил из перекинутой через плечо сумки письмо, украшенное сургучной печатью и вензелями, а затем протянул его брюнетке, проговорив мягким, чуть ли не девичьим голосом:

— Владлена Велимировна, вам послание от барона Крылова.

Женщина взяла письмо и небрежно кивнула.

— Спасибо, мальчик.

— Это ещё что за голубиная почта? — шокировано прошептал я, глядя вслед развернувшемуся пареньку, сверкающему серьгами в обеих мочках.

— Есть! — вдруг ликующе выдохнул Павел, выведя меня из шока. — Кто-то отозвал бронь в проход второго ранга. Мы можем занять это время. Вот только нужно собрать группу минимум из пяти магов. Ты, я да Алёшка — вот уже трое. Надо отыскать ещё двоих.

— Алёшка отменяется. У него явно есть свои дела, — буркнул я.

— Ты прав, — досадливо втянул воздух внучок, задумчиво хмуря лоб, словно силился вспомнить тех, кого можно позвать с нами.

— Я как раз намеревалась сходить со своими девочками в низкоранговый проход. Им нужна практика, — щёлкнула пальцами брюнетка, услышавшая наш разговор. — Могу составить компанию, раз у Игнатия нет тех, кто может сходить с ним в Лабиринт. Ну, кроме его раздутого эго и отвратительного чувства юмора.

Стерва с весёлыми искрами в глазах уставилась на меня, уперев руку в крутое бедро.