Удостоверившись, что пожилой кучер в состоянии самостоятельно добраться до дома, мы быстро сели в мой экипаж. Лошади помчались на огромной скорости по улицам столицы.
В кабине было тихо. Май, почувствовавший весь ужас ситуации, испуганно прижимался к боку Эли. В её глазах, устремлённых в пустоту, застыл такой беспросветный страх, что я с каждой секундой ненавидел себя всё больше и больше. Причина случившегося кошмара сидела прямо перед ней. Это был я.
На улицы стремительно опускались сумерки, когда мы, наконец, доехали до моего поместья. Кованые ворота послушно распахнулись перед экипажем, и колёса загрохотали по парадной аллее. Лошади затормозили у самого крыльца.
Я помог Эле и Маю спуститься, и мы поспешно, почти бегом, вошли в дом.
В ярко освещённом холле нас встретил мой отец. На его лице играла довольная, добродушная улыбка — он явно обрадовался нашему визиту. Но стоило ему сделать шаг навстречу и увидеть наши лица — моё, перекошенное от ярости и вины, мертвенно-бледную Элю и сжавшегося Мая, — как его улыбка быстро сошла на нет. Добродушный хозяин исчез, уступив место суровому, собранному полководцу.
— Что случилось? — требовательно спросил отец, мгновенно отбрасывая всё веселье.
Эля шмыгнула носом, пытаясь сдержать рыдания.
— Лилу… — её голос дрогнул. — Лилу похитили.
81. Проницательность князя и тревожная весть
Поместье князя Лерея
В просторной каминной комнате поместья князя витал тонкий аромат сандала и выдержанного вина. В камине мерно потрескивали поленья, отбрасывая тёплые блики на тяжёлые бархатные портьеры и корешки старинных книг.
Князь Лерей сидел в своём любимом глубоком кресле. В одной руке он небрежно держал хрустальный бокал, а другой оглаживал подлокотник. Его взгляд, острый, цепкий и с откровенно хитрым прищуром, был устремлён на молодого мужчину, сидящего напротив.
Авель, облачённый в свой лучший, хоть и довольно скромный по столичным меркам камзол, изо всех сил пытался выглядеть невозмутимо. Он держал спину прямо, подбородок — высоко, но князь, съевший на дворцовых интригах стаю собак, раскусил этого бунтаря в первые же секунды.
— Говоришь, решил заехать поздороваться? — произнёс князь Лерей, совершенно не скрывая откровенной издёвки в своём низком, бархатистом голосе.
— Ну да, — кивнул Авель, нервно кашлянув и поправив манжету. — Всё-таки вы старый друг моего отца. Я приехал в вашу империю и счёл своим долгом…
— Приехал почти год назад, а поздороваться решил только сейчас, — перебил его князь, с невозмутимым видом делая небольшой глоток вина.
Он с наслаждением наблюдал за реакцией племянника императора. А реакция была весьма красноречивой.
Авель поперхнулся воздухом. Его глаза округлились, а на скулах, покрытых лёгким загаром, проступил предательский румянец. Вся его напускная уверенность посыпалась, как карточный домик.
— Вы… знали? — ахнул он, чувствуя себя самым настоящим идиотом.
— Конечно, — спокойно кивнул князь. — Мои люди тебя и нашли. Когда твой отец прислал мне письмо, полное праведного гнева, о том, что ты… кхм… решил попутешествовать, — он намеренно смягчил правду, но не смог скрыть хитрой ухмылки, — я тут же дал наставления своим людям. Приказал им дежурить у всех причалов и на станциях. Не думал же ты, что парень с императорской кровью в венах может просто так разгуливать по Этерии незамеченным?
Авель сидел в глубоком шоке, окончательно онемев.
Князь Лерей, явно довольный произведённым эффектом, добродушно хохотнул.
— Ты, наверное, из-за Амалии пришёл, — произнёс хозяин дома как ни в чём не бывало, словно они обсуждали погоду.
— Я… — Авель ошалело распахнул глаза.
Он почувствовал себя пятилетним мальчишкой, которого поймали с поличным возле банки с вареньем. Племянник императора всегда знал, что князь Лерей невероятно проницателен. Но чтобы настолько…
— Она как раз закончила играть в свою любимую игру с лордом Лестром, — кивнул князь, любуясь рубиновым цветом вина на просвет. — Не один год моя девочка искренне считала, что водит меня за нос своей мнимой влюблённостью.
— Так я и думал, — буркнул Авель, всё же позволив себе довольно хмыкнуть. Его интуиция не подвела.