— Серьёзно? Вау! А где столько денег взяла?

— Да я все купила на треть стипендии, не больше.

Дина подозрительно прищурилась:

— Врешь.

— Зачем это мне?

— Если не врешь, признавайся где купила?

А я что? А я призналась. Оказалось, Аполлинарий реально продал мне шикарные уходовые средства по суперским ценам. Хотя, не помню, чтоб он упоминал про акции.

Дина загорелась днем пойти и прикупить себе того же и побольше. А когда она случайно заметила визитку, всученную все тем же Апполинарием, начала причитать ещё больше. Оказывается, это довольно-таки известный салон с отличными специалистами.

— Кстати, — щебетала Дина, собираясь на свидание, — Зина же вроде тоже в салоне работает!

— Кто? — я немного потерялась от резкого перехода с одной темы на другую и судорожно пыталась вспомнить хоть одну Зину. Безуспешно.

— Это мой друг детства. Кстати, стилист-парикмахер. — соседка окинула меня долгим оценивающим взглядом и добавила: — надо будет вас познакомить.

— В смысле? — а что это ей не нравится в моем стиле и в моей прическе? Что за наезды?

— Не бери в голову, — отмахнулась она и принялась собираться с удвоенным рвением.

5

Этот день икс был неизбежен, как восход солнца. Как конец любимого сериала. Как то, что в конце месяца остается слишком мало денег.

— Жека! Жека вставай! — выдернула меня из сладкого сна Дина.

Ладно, не день, а ночь.

— Что случилось? Мы горим?

— Тю, дура, зачем притягивать неприятности? Тут радость! Вот, смотри!

С этими словами соседка сунула мне под нос пальчик, на котором было надето то самое колечко. Бриллиант сверкал так, что я ослепла. Нет, ослепла я от включенного освещения, но бриллиант добавил масла в огонь, вернее, света в глаза.

Отлично. Только не понимаю, при чем тут я? Что, подруг мало с кем можно радостью поделиться?

— Подругам я уже сказала!

— Блин, я в слух произнесла последнюю фразу?

— Ага, вслух, — согласилась девушка и продолжила, как ни в чем не бывало. — Я уже даже сториз в Инсте добавила. Но до утра не утерпела бы подождать, чтоб тебе не сказать.

— Ясно, понятно. Поздравляю. Счастья, успехов. Я спать. Мне завтра на работу рано вставать.

С этими словами я самым наглым образом отвернулась к стенке и продолжила спать.

В общем, мне крупно повезло. Я несколько дней переживала, что мне будет сложно воспринять новость о помолвке. А нужно было бы изобразить и удивление, и радость — две эмоции, которые точно были бы не искренними. А актриса так себе из меня. Так что узнать посреди ночи о том, что Родион сделал предложение Дине — этого чистой воды везение.

Меня вообще нельзя будить — можно огрести так, что на всю жизнь запомнится. Так что адекватной реакции соседка вряд ли ждала. Да и как я поняла, ей главное было рассказать, а не выслушать овации. И чего она вообще не поехала к Родиону «праздновать» дальше. Хотя, я еще отделалась малой кровью.

Может, мне будет везти и дальше и меня еще и на свадьбу не пригласят?

Нет больше мне так не везло.

Конечно, уснула я быстро, толком и не поняв, что произошло по факту непоправимое. Осознание догнало уже на работе после второй чашки кофе, когда Родион буквально ворвался в наш офис, подлетел ко мне и почти заорал в ухо, тряся при этом за плечо:

— Я это сделал! Жека, я сделал!

Не знаю, что именно он там сделал, отчего радовался, как пятилетний ребенок, которому подарили новую игрушку, но вот напугал меня знатно. Так напугал, что я нечаянно сделала лужу. Лужу кофе под столом, на столе, а вдобавок еще и на одежде пятно. А Родион весь чистенький стоит и не может понять:

— Жек, ты чего такая неаккуратная?

— Я неаккуратная? Это ты меня дернул и испугал! А я выходит еще и виновата, — отвернулась от друга и стала судорожно спасать все, что было в радиусе поражения утреннего кофе.

— Да ладно, это утрясется, — Родион принялся помогать, а попутно продолжал: — Жека, я Дине предложение сделал.

И вот тут меня догнало это самое осознание.

Я нервно дернулась, и уже пустая чашка полетела на пол, разлетевшись в дребезги. Вика, сотрудница, у которой стол был рядом с моим, уже где-то раздобыла тряпку для пола и проворно убирала лужу кофе, не жалея своих туфелек-лодочек.

Наверное, ее утонченные туфельки стали последней каплей.

— Поздравляю, Родион. Извини, мне нужно привести себя в порядок.