И в следствии моей нерасторопности, как поется в песне «на вечеринке лучших друзей, ты танцевал с подругой моей». Хотя, напомню, что не с подругой, а соседкой по комнате, но это не отменяло того факта, что сердце мое оказалось разбито.

Мысли о признании были отодвинуты на неопределенный срок. И этот срок как-то неумолимо увеличивался и никак не хотел заканчиваться.

Уже год как Родион выпускник нашего университета и успешный, востребованный специалист. Если бы мы виделись редко, я б, наверное, все же рискнула и сказала заветное «люблю» и будь что будет. Но нет, лучший друг подсуетился и помог устроиться помощником менеджера по продажам в их же фирму на полдня. Конечно, не предел мечтаний для того, чтоб набраться опыта, но и не совсем пробел для эссе в графе «опыт работы».

В общем, вот так вот мы иногда выбирались с моей любовью на прогулки, а я представляла, что это свидание. Ну и что, что в кафе обычно платил каждый сам за себя? Некоторые парни жадные даже на первых свиданиях, так что спишем это если не на жадность, то на мой несуществующий феминизм.

Ну и что, что без цветов приходит мой избранник. Представляю, что мы уже встречаемся кучу лет и конфетно-букетный период давно пройден.

Ну и что, что без поцелуев? Зато Родион часто обнимает меня. Ну и что, что за плечи. Может, он просто не знает, что под мешковатыми худи у меня есть талия?

В общем, сидела я в кафе, пила свой жутко крепкий кофе, любовалась парнем, сидящим напротив, и мечтала о нашем совместном будущем. А он что-то рассказывал. А я кивала в ответ. И улыбалась.

А он весь такой серьёзный, взволнованный, но красивый до жути. Наверное, вот с таким видом и должны парни признаваться в любви.

И тут, будто во сне, я видела, как Родион лезет во внутренний карман своего стильного и довольно дорогого пиджака, вынимает маленькую бархатную коробочку, кладет передо мной на стол. Я моргнула и уставилась на подарок. Подарок не исчез.

Опять моргнула. Уставилась на Родиона. Все такой же взволнованный и выжидающий. И по-прежнему красивый.

Опять моргнула. Все осталось на своих местах. Для пущей уверенности, незаметно ущипнула себя под столом за ляжку. Больно. Значит, это все реальность.

Но этого ведь быть не может!

— Открой, не бойся.

Кивнула, скорее своим мыслям, чем в ответ на реплику собеседника. В самом то деле, это либо сон, либо там какая-нибудь новая флешка с терабайтами памяти.

А нет, все-таки кольцо. Тонкое, золотое, с нежным камушком, переливающимся в свете ламп. Хоть я и не спец, но зуб даю — это бриллиант. И это все мне? Серьезно?

— Я… это… Родион! Это… Это просто волшебно…, - выдохнула, не находя подходящих слов.

— Нравится?

— Конечно! Ты еще спрашиваешь!

— Отлично! Значит, думаешь, Дине понравится?

Щелк! Так включается лампочка над головой, когда приходит гениальная мысль. Или когда до тебя доходит, что кольцо предназначалось не тебе, а твоей соседке по комнате в общаге.

2

Домой я шла в полном эмоциональном раздрае. Родион предложил проводить хотя бы до остановки, но сейчас было не лучшее время, чтоб видеть его безупречный профиль. Потому под благовидным предлогом, что нужно еще зайти «за женскими штучками», я улизнула в ближайший магазин, коих в торговом центре было полно. И почему-то дежурная шуточка: «Ой, Жека, зачем тебе все эти женские штучки. Ты отличный парень!» больно резанула слух. Вышла из магазина, прикупив мыло. Ничего более-менее подходящего под описание «женской штучки» мне из товаров, выставленных на полке, и не нужно было.

Что поделать, если родилась мальчиком в женском теле?

Хотя, я себя и мальчиком то никогда не ощущала, да и четко уверена, что я абсолютно точно не «по девочкам».

Собственно, все, что мне нужно, это показать всем окружающим кто я есть на самом деле, ведь так?

Утерев рукавом худи непрошеные слезы, резко развернулась и направилась в магазин косметики. Консультант, подлетевшая ко мне предложить что-то из продукции, в ужасе отшатнулась и резко сменила направление, с радостью подбегая к окликнувшей ее клиентке.

Посмотрела на себя в зеркало и поняла нежелание консультанта со мной общаться: ели бы взглядом можно было убивать, меня бы признали особо опасным террористом, захватившим весь торговый центр. Да тут бы никого в живых не осталось.