– Стефани угрожают? Но кто, если вы здесь?

– Поверьте, мистер Пайнс, есть существа намного опаснее нас. Мы пытаемся спасти вашу дочь, а заодно и остановить их.

– Я вам не верю. Вы мне сейчас заговариваете зубы, чтоб отвести мое внимание от себя.

– Если бы нам надо было отвести ваше внимание, то мы давно бы вас убили. Вы так не считаете?

– Но в таком случае вы бы потеряли ее расположение навсегда – на лице охотника заиграла злорадная усмешка – И мне кажется, вам бы этого не хотелось, мистер Райт.

– Верно – Джеймс продолжал прожигать мужчину жестоким взглядом – Но для этого со мной мой друг, который может убить вас, не моргнув и глазом. Ведь ему на чувства Стефани плевать и она для него никто.

Я не знал, что за игру затеял оборотень, но его слова меня сильно задели. Мои глаза загорелись, и я чувствовал, как долго дремавшая тьма вновь стала выходить наружу. Злость, обида и ненависть брали вверх, все больше поглощая мой разум. Я стал тяжело дышать, но быстро взяв себя в руки, вскоре восстановил своё дыхание. Я не знаю, заметили ли это мои собеседники, но я хотел верить в то, что для них все мои изменения прошли незаметно. Тем временем отец Стефани повернулся ко мне лицом и презрено кинул.

– Можешь убить меня, если хочешь, но перед этим передай своему хозяину кое-что от меня.

– Хозяину? Мистер Пайнс, рабовладельческий строй был отменён несколько веков назад.

– У людей может быть да, но не у вас. Над вами все ещё властвует ваш про родитель. Он диктует вам правила и устанавливает законы для всех вас, по которым вы обязаны жить. Я прав?

– Я не совсем вас понимаю, мистер Пайнс. И уж тем более не понимаю, о ком сейчас идёт речь.

– Не прикидывайся дураком. Актёр из тебя ужасный. Все же передай ему кое-что, если встретишься с ним.

– И что же мне передать неведомому мне «хозяину»? – я произнес это с такой иронией, что на лице волка заиграла ухмылка.

– Чтоб он даже не думал приближаться к моей дочери. Пусть он только посмеет протянуть свои когтистые лапы к ней, я вырву каждый его ноготь и все его клыки, даже ценой собственной жизни. Я потерял одну дочь, дав превратить ее в чудовище, со второй дочерью я не позволю сделать что-то подобное. Только не со Стефани.

– К вашему сведению Кейт не является чудовищем и осталась собой, даже не смотря на все свои изменения – Джеймс говорил с сильной обидой и напряжением, пока я пытался переварить слова охотника, адресованные мне.

– Может внешне она и напоминает Кейт, но внутри это чудовище, готовое в любой момент разорвать беззащитного человека.

– Вы не правы, мистер Пайнс. Не все из нас убивают людей. Многие живут самой обычной человеческой жизнью.

– Тебе откуда знать? Ты же это сделал с моей дочерью и убил ее.

– Я спас вашу дочь – прохрипел Джеймс, на мгновение потеряв контроль – И признаюсь вам, я до последнего был против такого исхода событий. Я до последнего пытался сохранить ее жизнь, но к моему сожалению у меня не осталось другого выхода.

– Ты должен был дать ей умереть, а не заставлять ее убивать в виде кровожадного монстра – кулаки мужчины вновь крепко сжались, а глаза наполнились ненавистью.

– Я не заставляю убивать, а наоборот, слежу за тем, чтоб никто не убивал людей на моей территории. Поверьте, в моей стае главным запретом является запрет на убийство людей. Я за этим пристально слежу и никогда не прощаю подобного проступка.

– Так я имею честь разговаривать с альфой? Не думал, что такое когда-то случится. Вы же личности скрытные, действующие из тени.

– Я немного отличаюсь от классического альфы – на лице Джеймса появилась усмешка – В связи с чем могу вас заверить в том, что я учу вашу дочь как быть в первую очередь человеком, а затем уже учу тому, как контролировать внутреннего зверя.

– Может, ты и вправду учишь ее нечто подобному, но она больше никогда не будет моей Кейт.

– Вы правы – я презренно посмотрел на мужчину – Она больше никогда не будет потерянной и затравленной девочкой, приехавшей в слезах из этой глуши в Нью-Йорк. Она теперь сильная, смелая, а главное, она больше не одинока. У неё есть семья, которая дорожит ей и ее сестрой, поэтому они теперь под надежной защитой.

– Под такой надежной, что вы потеряли Стефани?