– Если это нужно будет, ты узнаешь об этом – твердил Джеймс одну и ту же фразу, чем вызывал у меня дикое негодование – Я не вправе открывать его тайну и я не смогу нарушить данное ему слово.

В один из таких вечеров воспоминаний я вспомнила о нашем с Дэмианом вечере у него дома. В этот момент меня накрыла настоящая истерика, и пришло осознание того, что я отдалась настоящему кровожадному монстру. В такие моменты Кейт со своим новым слухом сразу распознавала мой плач и прибегала ко мне в комнату. Я плакала в объятьях сестры, делясь с ней самым сокровенным. За все это время Кейт ни разу не высказала своего возмущения, презрения или осуждения. Она лишь сочувственно смотрела на меня и всеми своими силами пыталась поддержать и успокоить. Со временем я стала принимать эту действительность, успокаивая себя тем, что произошедшего не изменить. То, что было в прошлом останется там, как бы больно нам от этого не было. Нужно было пережить это и найти силы идти по жизни дальше, оставив все тревожные мысли и боль за спиной.

Вот уже несколько недель я понемногу приводила свои мысли в порядок и занималась своей жизнью. Один раз я даже сходила на свидание с обычным парнем, но после пережитого мне сложно было представить обычные житейские отношения. Все эти парни казались мне немного неуверенными, и мне не хватало в их взгляде этой уверенности и силы, которые я видела у Джеймса и Дэмиана. За несколько дней до Рождества я выбрала всем членам нашей семьи подарки, не забыв некоторых коллег по работе. Недавно мы все вместе украсили дом к Рождеству, развесив всевозможные украшения и гирлянды как внутри дома, так и на его фасаде. В гостиной теперь возвышалась внушительных размеров ёлка, которая испускала чудесный аромат зимней хвои по дому. Особенно этот аромат нравился всем обитателям дома, чей нюх был намного острее человеческого. Я не могла понять до конца, что они чувствовали, но судя по их восторженным возгласам это было что-то безумно приятное.

Вечером накануне Рождества я сидела в офисе банка и занималась своей обычной работой. Когда я разложила документы по папкам и направила письма по необходимым адресам, в приемной показался Мэтт. За его фигурой тянулся шлейф морозного воздуха, смешанного с его свежим парфюмом.

– Какими судьбами? Или ты решил все-таки немного поработать.

– Я работаю каждый день – с усмешкой произнёс Мэтт – И самое тяжёлое в моей работе – это твоя сестра и ее характер.

– А я тебе говорила – я победно ухмыльнулась, смотря на Мэтта пристальным взглядом – Теперь желание за мной.

– Признаю, ты выиграла этот спор. Я готов убежать в бескрайнюю Сибирь, лишь бы не сталкиваться больше с Кейт.

– Сибирь, к сожалению, слишком суровое место для проживания. И там обитают суровые дикие звери и не менее суровые люди.

– Не суровей меня – Мэтт осмотрел стопку сложенных папок на моем столе – Ты закончила?

– Почти – проговорила я, вспоминая список своих дел на сегодня – Занесу документы Джеймсу в кабинет и могу уходить.

– Он нашёл тебе замену на эту неделю?

– Вроде да, но Джеймс не в восторге от своего выбора. Ты же знаешь, каким требовательным он бывает – я засмеялась, но затем более серьезным тоном добавила – Ты решил отстоять своё право заместителя генерального директора?

– Конечно. Я не для этого два года терпел это возню с бумагами.

– Тут да. Справедливость должна восторжествовать.

– Заканчивай, а я подожду тебя здесь.

– Сегодня я еду с тобой? Джеймс не вернётся на работу?

– Нет. Он как уехал в обед, так все ещё занят. Сегодня я твой транспорт до дома.

– Сегодня же Рождество – я говорила с легким возмущением, желая выразить Мэтту свое недовольство – Сьюзан с Кейт готовят там грандиозный ужин.

– Кстати, о Кейт. Она сегодня выезжала в город – Мэтт с опаской посмотрел в мою сторону, с опаской ожидая мою реакцию.

– Ты выпустил ее одну?

– Я считаю, что она уже имеет достаточно контроля над собой, и она готова вернуться к нормальной жизни.

– Да вы же кусаетесь каждый день – мой скептицизм был слишком ярко выражен в каждом произнесенном мною слове – Не похоже, что ты в ней уверен.

– То, что я не показываю своего истинного отношения к ее успехам, не значит, что их нет – задумчиво произнёс Мэтт, а затем недовольно проворчал – Боже, я же сейчас говорю прямо как Джеймс.