Рэй, как всегда, восседал в своем кресле, словно капитан линейного корабля, а не грузового сухогруза. Форза облегала его широкие плечи с безупречной точностью пошива. Воротник расстегнут на одну пуговицу — единственная уступка уюту. Его лицо, освещенное снизу голубым светом голограммы, было сама сосредоточенность, когда он водил пальцем по виртуальным точкам маршрута.

— Значит, на «Веге» мы берём партию медицинского оборудования, — его деловой, чуть хрипловатый голос заполнял кабинет. — Контейнеры тяжёлые, потребуется помощь грузчиков с орбитальной станции. Далее идём на Ксилон-7, там загрузка продовольствия — свежие продукты, высокая скоропортящаяся категория. Временные окна жёсткие, задержки недопустимы.

Шей сидел в кресле напротив стола, но его кресло было пододвинуто так близко к Астре, что их колени почти соприкасались. Он слушал брата с самым серьёзным видом, даже хмурил брови в нужных местах, но его рука… его рука лежала на её колене. Просто лежала, тяжелая и горячая даже сквозь ткань юбки.

Астра замерла, когда его пальцы едва заметно шевельнулись, поглаживая её ногу через тонкую ткань. Она смотрела прямо перед собой, на Рэя, делая вид, что записывает ключевые пункты на планшете. Стилус двигался ровно, но внутри неё всё сжалось в тугой узел. Рэй продолжал вещать о грузовых манифестах и стыковочных узлах, но его взгляд на долю секунды задержался на её лице чуть дольше, чем требовалось. Он всё видел. И легкая, едва заметная усмешка тронула уголок его губ. Ему это нравилось.

— Далее, — продолжил Рэй, его голос стал чуть глубже, когда ладонь Шея чуть сместилась выше, оглаживая округлость бедра, — после Ксилона у нас окно в четыре дня. Можно либо встать на ремонт маневровых двигателей на станции «Омега», либо…

Его голос стал ниже, когда пальцы Шея, наконец, набрались смелости и заползли под юбку, касаясь голой кожи выше чулка. Астра судорожно вздохнула, стараясь, чтобы это не было заметно. Сердце колотилось где-то в горле.

— Либо что? — переспросил Шей с самым невинным видом, поглаживая большим пальцем нежную внутреннюю сторону её бедра, всё выше и выше.

— Либо пройти через пояс астероидов, срезав путь, — Рэй смотрел прямо на Астру. Его взгляд был тяжёлым, пронзительным, раздевающим. — Астра, запишите: нужно запросить свежие данные по метеоритной активности в секторе 9–12. И уточнить страховку на случай столкновения с крупными обломками.

— За-записала, — выдавила она, чувствуя, как кончики пальцев Шея добрались до кружевного края трусиков. Голос предательски дрогнул.

Шей действовал медленно, осторожно. Он отодвинул тонкое кружево в сторону — миллиметр за миллиметром, чтобы не порвать, не сделать резко. Его пальцы коснулись самой чувствительной кожи, влажной и горячей уже от одного предвкушения. Астра вцепилась в планшет так, что костяшки пальцев побелели, а пластик жалобно скрипнул.

— Что с вами, Астра? — Рэй склонил голову набок, изображая на лице дежурное беспокойство. — Вы покраснели. Вам нехорошо? Может, перегрели систему рециркуляции воздуха?

— Всё в порядке, капитан, — её голос звучал хрипло, пришлось откашляться. — Всё хорошо. Просто… душно. Немного.

— Правда? — в голосе Шея послышались смешливые нотки, но он сдерживался, сохраняя маску серьезности. — Может, открыть окно? Свежий космический бриз? Ах да, у нас же космос. Вакуум.

Его палец, указательный, медленно провёл по влажным складкам, изучая, дразня, собирая выступившую смазку. Астра уже текла — стоило ему только прикоснуться. Её тело, казалось, жило своей жизнью, предательски отзываясь на каждое его движение. Каждый взгляд Рэя, каждый жест Шея заставлял её желать этого безумия ещё сильнее.

— Вернёмся к маршруту, — Рэй усилием воли отвёл взгляд, но в уголках его гус пряталась довольная усмешка хищника. — После пояса астероидов мы заходим на Дракон-9. Там таможенный досмотр, нужно подготовить все документы заранее. Бумажная волокита там адская. Астра, вы слышите?

— Д-да, капитан. Документы, — эхом отозвалась она, чувствуя, как палец Шея нашёл самую чувствительную точку — клитор.