— Давай-ка уточним. Что я обязан, а что — нет, частично говорит мне долг, частично — я решаю сам. Да, я не должен отвечать за любую сложную селянку. Тебя отдали мне на поруки, срок, считай, прошел. Да, я уже не обязан отвечать за твою судьбу и решать твои проблемы, — сурово произнес Таор, заставляя меня внутренне сжаться. — Но я буду. Ты уже не «любая», ты — моя селянка. Одну в опасности не оставлю.

«Твоя?»

Замерший в груди воздух, вырвался наружу облегчённым выдохом. Я вскинула глаза на Таора, который глыбой стоял передо мной, заслоняя плечами свечу так, что я видела только его силуэт и желтоватые огоньки глаз.

— Сейчас ситуация со всех сторон сложная. Разгребем, разберемся, после видно будет, — он приподнял мой подбородок, медленно поглаживая его пальцем. — Прошлой ночью я выразился неточно: не знаю, сколько продлится «всегда», такого срока не существует. Пока прощаться с тобой не хочу. Что скажешь?

— Я тоже пока не хочу прощаться… — прошептала, ощущая как внутри меня расцветают цветы.

— Тогда и не будем. Давай спать, — проурчал Волк мне в губы. Наклонившись, он задрал на мне подол. Не сопротивляясь, я подняла руки вверх, позволяя раздеть себя.

— Хотя… не так уж я и устал, — услышала заинтересованное через ткань, и в следующую секунду с меня рывком стащили платье. От взмаха ткани свеча не выдержала и потухла, оставляя после себя тонкую струйку дыма. Никто из нас не обратил на это внимания. — Всегда мечтал забраться в девичью комнатку, где пахнет цветочками, и отпробовать невинную селянку в ее же постели.

Даже в темноте комнаты я увидела, как сверкнули в улыбке острые зубы.

— А если она не невинна, огорчишься и полезешь обратно? — тоже заулыбавшись уточнила, слыша, как он быстро избавляется от штанов.

— Попробую виновную. Хм-м, а так даже интереснее, — беззастенчиво произнес Таор, легко роняя меня на кровать и нависая сверху. — А ну, сознавайся, яблочная красотка. Виновна? Я ведь проверю…

Кровать умоляюще заскрипела под весом двоих, пока мы сплетались кожа к коже, никак не желая прощаться.

Глава 30 Чудеса маскировки

В комнате было еще темно и по-утреннему тихо, когда меня разбудил голос Таора.

— Аса, просыпайся, — проговорил он прямо в ухо. Обычно низкий голос Таора мне нравился, но сейчас нестерпимо хотелось спать, поэтому я только поморщилась и попыталась отвернуться, но меня не отпустили. — Просыпайся, говорю. Мне надо выходить, Дрей ждет снаружи.

С неимоверным трудом я разлепила глаза примерно на четверть, больше не смогла. За темным окном уже мелодично посвистывали, перекликаясь, дрозды. Высокие голоса их широко разносились по спящему селу и лугу.

— Какой Дрей? — дезориентировано вопросила я. В комнате царил тот утренний мрак, который внушал только одно желание — накрыться с головой и спать дальше. Но Таор настойчиво потормошил меня, вынуждая открыть закрывающие глаза.

— Тот самый, не спи. Я ухожу, а тебя оставляю с ним, так будет безопасно. Но выходить за пределы дома тебе запрещено.

— Чего⁈ — я даже приподнялась, просыпаясь. Мне показалась, что я ослышалась.

Таор задумчиво посмотрел в окно и рывком сел на кровати. От повеявшего в воздухе холодка, я тотчас продрогла.

— Я не могу оставить тебя здесь одну, а сам не могу оставить службу, — Волк поднялся, демонстрируя в сером полумраке налитые упругие ягодицы. — Мне неизвестно, чего именно от травниц хотят Змеи или маги, но точно знаю, что они не почтение намереваются выражать. Эти будут действовать в своих интересах. Взять с собой в город я тебя не могу, опасно. Поэтому Дрей будет дежурить днём, я — ночью.

Таор уже надевал штаны.

— Да что со мной будет… — начала я, потирая глаза.

— Что угодно, — быстро оборвал он меня. — Змеи очень ловкие и тихие. Ты не успеешь ни понять, ни повернуться. Выходить нельзя, Дрей не сможет сопровождать тебя по селу. Временно так, селянка.

Мне вдруг стало холодно, словно металл лезвия уже влез между ребер. Пререкаться с Таором по вопросу безопасности я не могла. Потянулась к своему не распакованному со вчерашнего дня узелку, тоже достала штаны.

— А матушка? — спросила, плохо попадая ногами в штанины. Мы шуршали одеждой вместе: Таор уже надевал рубаху.