— Сейчас… Зашёл бы к ней, развязал и наблюдал, как она убегает, сверкая пятками. После спать бы лег.

Улыбнулась. Теперь мне было чем ответить.

— У меня случилось немного похожее… несколько лет назад. Я ошиблась тогда. Добавила в настойку не три капли чинахи, а целую ложку. Просто кто-то пришел, я отвлеклась и перепутала бутылки. Чинахи в большой дозировке — яд. А я самоуверенная такая была, думала, что всё уже знаю. Ну вот…

Я сморщила нос, заново переживая отголоски прошедшего, которые все еще звучали стыдным упреком к той себе, что совершила ошибку. Теперь молчал и слушал Таор.

— Чудом получилось так, что больной не все выпил. Это бабушка была, вредная до жути… Вот она чуть не умерла тогда, матушка еле выходила. И всё из-за моей ошибки. Я бросила все, посчитала, что никчемная, плохая, несколько месяцев отказывалась даже близко к приготовлению настоек подходить. Думала, что не достойна, боялась ошибиться снова… Там ведь легко ошибиться, легко убить, стать убийцей.

Прервавшись, судорожно выдохнула. Таор шевельнул кистью, проводя по моей спине.

«Утешает», — поняла.

— А матушка сказала, что раз я ошибку осознала, то стала лучше. Сказала, что повезло мне, что я эту ошибку сделала сейчас, а не потом, что у меня больше времени. И я начала снова лекарства готовить. Потихоньку, как бы с самого начала. Долго боялась. А потом поняла, что и вправду лучше стала. Я теперь отмеряю все очень тщательно, а самоуверенности больше нет. Может ты тоже? Лучше стал?

На это Таор хмыкнул и промолчал. Я не видела его лица, но по дыханию, смягчившейся руке и осмелевшим солнечным зайчикам, опять запрыгавшим по комнате, поняла, что злой Волк немного расслабился. Он провел рукой по моему боку вниз до бедра, оглаживая кожу в темных пятнах от проявивших синяков.

— Сказала бы, что больно жму… — сменил тему. — Зачем терпела?

Голос звучал привычно недовольно.

— Не терпела… Мне хорошо было, сама не заметила боли, — пробормотала, прикрывая глаза. — Кожа такая — легко синяки появляются. Ты не виноват.

— Все равно — прости меня, Аса, — услышала.

— Прощаю тебя, Таор…

Глава 25 Первая проба

Черный нос Бояра двигался из стороны в сторону, с живым любопытством наблюдая, как я тщательно мою корни эускариота. Он сопровождал меня весь день, оттаптывая ноги нетерпеливыми лапами. Хозяин его сопровождал тоже, но ненавязчиво. Если мокрый нос волчонка норовил уткнуться напрямую в кожу, Таор следил за мной со стороны. По ощущениям — как солнце пригревает. Я чувствовала тепло янтарного взгляда, пока чистила корни, резала их, заливала водой, ходила туда-сюда.

— Надо варить несколько часов, чтобы вода выкипела как следует, — объясняла, пока в котелке на уличной печи бурлило малиновое варево. — А потом остужать. Остужать обязательно! Ягоду надо добавлять, когда остынет, иначе не подействует. Дозировка простая — одна ягодка на один корень. Один к одному — это тоже обязательно! Чтобы ягоду выдавить, лучше взять лист…

— Это тоже обязательно? — смешливо прокомментировал Таор, стоя ко мне вплотную за спиной. Я выдавливала сок волчьей ягоды, зажимая его между листьями чистотела.

— Тоже! — отозвалась я. — Если голыми пальцами давить, кожу сжечь можно.

Старалась я говорить максимально строго, несмотря на то что мужчина в эту секунду смотрел не за готовкой, а с интересом заглядывал в декольте, нагло оттягивая пальцем край платья. Аппетит у Волка оказался порядочный. Я даже не предполагала, что такие бывают…

Мы договорились спать отдельно: накануне вечером Таор прямо сообщил, что предпочитает спать один, и ему не нужна под боком блоха, которую легко придавить. «И так тесно», — он намекающе блеснул глазами, как бы проверяя, поняла ли я, что мне не стоит строить на него собственнических планов. Я кивнула, не забыв сообщить, что тоже люблю спать свободно, а не впритирку с широкими волками, прозрачно намекнув, что сама к нему не пойду ни за какие пирожки.

Среди ночи я проснулась от ласк Волка, забравшегося в мою кровать. На тесноту лежанки он уже не жаловался, а затем благополучно заснул со мной, поленившись перебираться на свою сторону. Я бы выгнала, но с ним оказалось так тепло… Гораздо лучше, чем с одеялом. В общем, спали вместе.

Не придавил.