Мы проходили мимо гигантских каменных валунов, часть из них была выше меня. Их вид показался знакомым. Я как будто уже была здесь… Точно! В детстве отец брал меня на охоту на чудовищ. В один из таких походов я чуть не погибла. На меня напала гарпия. Странно, но я почему-то не помню, чтобы меня спас отец или его люди. Кажется, своим выживанием я обязана чудовищу. Именно оно отбило меня у крылатого монстра.

Этот случай практически стерся из памяти и всплыл сейчас благодаря мантикоре. Готова поспорить, это была она. Я помню эту яркую гриву!

— Вы спасли меня в детстве? — поразилась я вслух.

Ни Манти, ни Кора не стали уточнять, о каком случае речь, сразу все поняли.

— Ну да, — признал лев. — Я рассчитывал на сытный обед, а эта, — он кивнул на свой зад, — что-то в тебе учуяла. С тех пор мы жили под стенами Замка в ожидании тебя.

— И дождалис-с-сь, — улыбнулась Кора.

— Ага, свалилась, как камень на голову, — хихикнул Манти, припоминая мое падение.

Продолжить разговор нам помешали подозрительные шорохи. Одна за другой из-за валунов показались любопытные морды. Нас буквально окружили со всех сторон чудовища.

Я знала, что они населяют Дно, но никогда не видела их так много разом. Монстры выходили из-за валунов, спускались по утесам, пикировали с неба и просто шли навстречу. Василиски, гарпии, грифоны, существа, названия которых я даже не знала.

Поначалу я испугалась, но Кора успокоила:

— Не бойс-с-ся, они пришли посмотреть на гос-с-спожу.

— Хотят познакомиться, — веско добавил Манти.

Пришлось стиснуть зубы и идти дальше. Прямо через толпу чудовищ, которых становилось все больше. Осмелев, они подходили все ближе. Особо дерзкий грифон вовсе перегородил мне путь.

Я застыла. Тогда он опустил морду к моему лицу и принюхался. Несколько мгновений мы напряженно изучали друг друга, а потом грифон запрокинул голову и издал утробный рев, от которого у меня волоски на руках приподнялись.

— Прис-с-снал, — довольно выдохнула Кора.

И тут же вслед за грифоном завыли остальные чудовища. От их нестройного хора голосов заложило уши. Манти уверял, что это песнь восхваления, а то, что у меня от нее мороз по коже, так это я непривычная.

Чудовища расступились, пропуская меня к родным. Поразительно, но Кора не соврала — монстры Дна действительно все это время помогали им выживать. Они защищали их и приносили добычу, чтобы им было, что есть. Только благодаря такой заботе мои люди выжили. Я по-новому взглянула на монстров. Им тоже не чуждо сострадание.

Я увидела своих издалека. Они расположились в уютной местности, окруженные со всех сторон огромными валунами, точно крепостной стеной. Так просто не подберешься.

Первой меня заметил дозорный. Он вскинул арбалет, целясь мне в грудь, потом пригляделся, ахнул и чуть не свалился с камня, на котором у него был наблюдательный пункт.

— Хозяйка вернулась! — закричал дозорный. — Это Мараклея!

Что тут началось! На меня хлынул людской поток, меня обнимали, пожимали мне руки, тетя рыдала у меня на плече, а младшая сестра скакала вокруг, хлопая в ладоши.

— Я думала, ты погибла, — всхлипывала тетя. — Какое счастье снова видеть тебя, моя девочка!

— Когда в небе появились драконы, мы решили, что это за нами, — округлив глаза от ужаса, рассказывала сестра. — Но потом они напали на Замок, и мы уже не знали, что думать.

— Это вы привели драконов, хозяйка? — спросил старый егерь.

— Да, — кивнула я. — Они подчиняются мне, как и чудовища Дна. В этом моя магия.

Все молча застыли, переваривая информацию. Первой пришла в себя тетя.

— Значит, ты — госпожа, — догадалась она еще до того, как я все объяснила. — В нашем роду когда-то была одна. Так давно, что все сочли ее легендой. Недаром жрец назвал твой дар выдающимся. Все так и есть, — с гордостью выдохнула она.

Когда с объятиями было покончено, начались сборы. Благо недолгие. Не так уж много вещей у вынужденных беженцев. Как же они были рады вернуться в Замок! Шли и трогали родные стены с трепетом и любовью.

Я немного волновалась, как они воспримут моих новых друзей — драконов, наездников, а главное — Смерча. Нам всем еще только предстояло научиться жить вместе. Но я верила, что мы все преодолеем. В конце концов, самое худшее позади. Замок снова наш. А с остальным мы как-нибудь разберемся.