Я выжидала, пока мы отдалимся на приличное расстояние от Горизонта, а то еще передумает идти со мной. Все это время мы шли молча. Смерч — впереди, я — за ним.

Но вот скала скрылась из виду, и я отважилась начать разговор.

— Послушай, — зашла я издалека, — я понимаю, трудно поверить, что твой брат чудовище. Но вы не виделись много лет…

Я не договорила, Смерч перебил меня раньше:

— Ты спасла жизнь моей команде, — сухо произнес он. — И я верну долг. Спустимся к Последнему приюту, и там я распечатаю твою магию, а после вернусь к своим.

Я аж споткнулась. У меня не слуховые галлюцинации? Он действительно согласился? Вот только радости что-то нет. Я обрету магию, но потеряю мужчину, который стал мне небезразличен. Но, видимо, нельзя иметь все сразу. Я горько усмехнулась. Не так я себе все представляла.

— Нам обязательно идти так далеко? — уточнила я.

Не то, чтобы я сильно торопилась, но Смерч слишком часто меняет свои решения. Пока мы дойдем, он еще сто раз передумает.

— Выброс магии может спровоцировать нападение драконов на Горизонт, — пояснил он. — Нельзя рисковать другими.

Я кивнула. Разумный довод. На этом разговор затих. Нам больше нечего было сказать друг другу. Это была максимально странная прогулка. Мы оба понимали, что через пару дней проведем ночь вместе, но это не сблизило нас, а скорее отдалило.

В этом тягостном молчании прошел день. Пора было устраиваться на привал, и мы свернули к месту, где ночевали во время подъема. Вот только там уже кто-то был.

Из-за утеса мы не сразу заметили костер, лишь когда обогнули его. Смерч выставил руку, перекрывая мне путь. Я выглянула из-за его плеча, и сердце оборвалось. Воины! Отсюда я не видела нашивки на их сюртуках, но не сомневалась, что там изображен орел, сидящий на скале.

Это был не просто отряд воинов. Маркус находился среди них! Я знала это, даже не видя. Каким-то внутренним чутьем ощутила его присутствие. Еще и Манти зашипел у моих ног, подтверждая худшие опасения.

Казалось, я была готова ко всему, но точно не к новой встрече с мужем. В этот раз он возглавил отряд лично. Не смог устоять перед искушением поохотиться на меня. Для Маркуса я — изысканная добыча.

Он так сильно жаждал избавиться от жены, что отправился ради этого на край света, к самому Небу. Самое печальное, что у него есть все шансы осуществить мечту.

Правда, отряд выглядел потрепанным. Часть воинов были ранены — перебинтованные конечности, палки, на которые они опирались при ходьбе. Они явно близко познакомились с драгами. К сожалению, им удалось отбиться.

Люди Маркуса пока не заметили нас, но это был вопрос времени. Я в ужасе попятилась. Смерч оглянулся на меня, не понимая, чем вызвана такая реакция. Он видел лишь людей на привале, а я же смотрела на свою смерть.

Я не поняла, узнал Смерч брата или нет. Он разглядел нашивки с гербом своего рода? Одно точно — страх, исказивший мое лицо, подсказал ему, что встречаться с этими людьми я не хочу. Решение он принял быстро. Взял меня за руку и потянул обратно за скалу.

— Идем, — шепнул он.

— Куда? — уточнила я.

— Здесь неподалеку заброшенная часть пещер. Когда-то там тоже жили драконьеры, но потом случился частичный обвал. Спрячемся там.

Это был хороший план — переждать в укрытии, пока Маркус с отрядом пройдет мимо. Пусть поищет меня в Горизонте. Там ему ответят в манере драконьеров, где меня искать. Жаль, этому плану не суждено было сбыться.

Маркус выставил дозорных по периметру, и те услышали скрип снега под нашими ногами.

— Там кто-то есть! — крикнул дозорный, указав в нашу сторону.

Воины тут же подорвались со своих мест. В воздух взметнулись десятки факелов, освещая все вокруг. Казалось, снова взошло солнце.

Тогда-то я и увидела его… своего мужа. Рука на перевязи, впалые щеки, растрепанные волосы, уставшие глаза. Впрочем, они вмиг вспыхнули азартом, когда он тоже узнал меня.

— Мараклея… — выдохнул Маркус мое имя.

Едва слышно, но ветер донес до меня его голос, и по спине пробежал холодок. Я будто снова падала с башни, аж голова закружилась.

Смерч застыл при виде брата. Для него эта встреча была не менее болезненной, чем для меня. На нас обрушилось прошлое — страшное и беспощадное. Упади сейчас сверху скала, и то меньше бы придавила.