Так вот что это было! На миг я лишилась дара речи. Но вовсе не из благодарности, а от возмущения.

— Почему ты сразу не сказал, что так можно⁈ — выпалила я, придя в себя.

— Зачем нервничать? — насупился лев. — Лучше бы спасибо сказала.

— Пока не за что, — скрестила я руки на груди. Но злость уже сменилась жгучим любопытством, и я поторопила: — Ну?

— Ты чего размычалась? — не понял Манти.

— Честное слово, я тебя сейчас закопаю в снег и брошу. Говори уже, это он или нет⁈

— Так я не знаю.

Интересно, мантикоры — редкие чудовища? Если я прибью одну, это нанесет серьезный вред их популяции?

Видимо, эти мысли отразились на моем лице, потому что Манти попятился, а Кора поспешила за него вступиться:

— Ему надо попробовать и твою кровь тоже, чтобы понять — вы с-с-совместимы или нет.

Ну вот опять! А сразу нельзя было сказать, обязательно доводить меня до белого каления?

— Кусай! Быстро! — Я протянула руку.

Лев не стал спорить и тяпнул меня. Я зажмурилась, когда его пасть сомкнулась на моей ладони. На миг почудилось, что все, сейчас останусь без руки.

Но Манти лишь аккуратно проткнул левым клыком мой указательный палец. На коже выступила всего одна капелька крови, и он слизнул ее языком. Наклонил голову в одну сторону, затем в другую, почмокал, чтобы распробовать, пока я, затаив дыхание, ждала вердикта.

Глава 18 Горизонт

— И-и-и? — протянула я, умирая от любопытства.

Манти вздохнул поглубже и важно кивнул:

— Подходит.

Ноги подкосились, и я плюхнулась пятой точкой в соседний сугроб. Казалось, снег подо мной зашипел и начал таять. Все потому, что я была невероятно зла! Буквально закипела от гнева.

— Значит, чутье меня не обмануло, — процедила я. — Смерч и есть Дрэйк.

— Я бы мог сказать точнее, если бы попробовал кровь Маркуса, — произнес Манти. — Но кровь Смерча говорит о том, что он идеально подходит для твоей инициации.

И снова — что бы я делала без мантикоры! «Лежала бы мертвой на Дне» — подсказал внутренний голос.

А ведь Смерч в курсе, кто я такая! Понял это еще в таверне. Он без сомнений узнал нашивку на сюртуке воина, а из моих слов догадался, чья я жена. И промолчал! Он проигнорировал мое признание о запечатанной магии, хотя наверняка догадался, кого и зачем я ищу. Даже после того, как я вчера рассказала о постигшей моих близких беде. Он понимал, что может их спасти, спасти меня, но ничего не сделал. Я сжала кулаки. Похоже, все Глостеры одинаковы.

— Ты как будто не удивлена? — присмотрелась я к Коре.

— Она наверняка все знала. Она всегда все знает, — заявил Манти.

— И молчала? — возмутилась я. — Мои родные выживают в пещерах! Я должна торопиться, а ты…

— С-с-с ними все в порядке, — успокоила Кора. — За ними присматривают наши друзья.

Я похолодела.

— Ты о чу-чудовищах? — от испуга я начала заикаться.

— Не переживай так. Твоих не тронут, — вмешался Манти. — Мы их попросили.

— Очень надеюсь, что они вас послушают. Но почему ты ничего не сказала, Кора? Я могла уже давно распечатать магию и вернуться домой!

— Тогда бы вы со С-с-смерчем не узнали друг друга и не возникло взаимного чувс-с-ства.

— Великие скалы, она еще и романтик! — закатил глаза Манти.

— Мне очень жаль тебя разочаровывать, Кора, но между мной и Смерчем никогда не будет чувств.

Змея ничего на это не ответила. Лишь посмотрела многозначительно, словно говоря: «Ну-ну, обманывай себя дальше», но я отмахнулась от ее домыслов. Прямо сейчас если я что-то и испытывала к Смерчу, то разве что жгучее желание его придушить.

Злость пеленой застила разум, на мысли словно накинули непроницаемый саван из гнева, обиды и ожесточения. Теперь я все воспринимала исключительно через их призму.

Но злость хороша тем, что помогает решиться. Она — идеальная подпитка для действий, как дрова для костра.

К драконьерам я вернулась полная непоколебимой уверенности. Я добьюсь тебя, Смерч! Или правильнее сказать Дрэйк Глостер? В целом, мне плевать. Лишь бы распечатал мою магию, а там пусть называется, как пожелает. Хоть бревном.

Очевидно, что с разбегу набрасываться на брата Маркуса не стоит. После отказа он меня сторонится. Надо действовать постепенно, подключив женское обаяние. Мне нужен идеальный момент, и я приготовилась его ждать.