– Разберёмся как-нибудь. Ты собираешься меня на пороге держать, или все же разрешить войти.

Окончательно смутившись, я отступила назад, давая ему выбраться из узенькой прихожей.

– Проходи, конечно. – И несмело добавила: – Чай поставить?

– Чай, – хмыкнул он. – Ужин закажу в ресторане с доставкой. Одним чаем сыт не будешь. – Он критически оглядеть мою квартиру. – И это, ты бы прибралась тут, что ли. Нельзя же так жить.

От возмущения я не нашлась что ответить. Разумеется, так жить нельзя! Только я и не собиралась. Когда утром я уходила на работу, в квартире была идеальная чистота.

– Ладно, ладно, – сказал куратор миролюбиво. – А то чую, мне сейчас еще одно проклятье прилетит. Короче, я заказываю ужин, а ты делай что хочешь. Можешь даже так все оставить, я не привередливый.

Я бросила на него еще один убийственный взгляд и принялась за уборку. Божечки, что они здесь натворили! Ну ищете вы книгу, так и ищите. Но уж в банке со специями ее точно быть не может! Зачем все высыпать и прямо на мое единственное приличное платье? Это они явно не для поисков, а из вредности. Вот же ведьмы!

Не прошло и десяти минут, как в дверь позвонили. Ничего себе, какая доставка быстрая. Явно этот куратор всех там заколдовал. Мне даже пиццу по полтора часа ждать приходится, а тут ужин из ресторана. Я распахнула дверь, но на пороге увидела вовсе не курьера с пакетами, а соседку из квартиры напротив, баб Веру.

– Ой, Сашенька, хорошо, что ты дома, – улыбаясь, затараторила она. – А я солонку разбила. Все со стеклами перемешалось, ни крупицы соли в доме. Одолжи немножечко.

Я замешкалась с ответом, судорожно вспоминая, видела ли я соль и не высыпали ли ее грабители в одну кучу со специями. И вдруг из-да спины донеслось:

– Соли нет.

Я с изумлением оглянулась. Куратор стоял, перегородив своими широкими плечами почти всю прихожую, и недоверчиво сверлил глазами соседку.

– С-совсем нет? – изумленно промямлила баб Вера.

– Ни крупиночки, – твердо ответил куратор.

– Ну, тогда я пойду?

– Идите, – велел он.

Баб Веру словно ветром сдуло. Я закрыла дверь и воинственно развернулась к негодяю.

– Ты зачем это мне соседей пугаешь?

– А что мне остается делать, если у тебя соображалки никакой? Кто же соль на ночь отдает, да еще из своего дома?

– Это что, примета какая-нибудь, дурацкая?

– Не дурацкая примета, а отличный способ ослабить силу ведьмы. Надо присмотреться в этой твоей соседке. Как-то уж очень вовремя у нее солонка разбилась.

Я только покачала головой. Сам параноик, и меня параноиком сделать хочет.

Баб Вера – милейшая женщина. Может быть излишне любопытная, но и только.

Впрочем, спорить с куратором я не стала, тем более что изменить я уже ничего не могла. Баб Вера ушла, а вопрос о том, есть ли у меня соль, все еще оставался открытым. Так что я вернулась к огромной куче, которую предстояло разбирать, а потом еще и пылесосить. Куратор, разумеется, помогать мне не собирался, уселся в кресло и что-то там листал в своем телефоне.

– А есть какое-нибудь заклинание, чтобы порядок сам собой навелся? Вещи там сложились. Мусор сам собой собрался и двинулся в сторону ведра? – спросила я у него.

Он только хмыкнул.

– Почем мне знать, что у тебя есть, сама смотри.

Я с надеждой открыла книгу, но увы, строчки не читались и была явно написана какая-то белиберда.

Полагаю, это стоило понимать так, что соответствующего заклинания в природе не существует. Ну, или не в природе вообще, а в этой конкретной ведьминой книге. Что ж, неудивительно. Будь у нее это заклинание, разве стала бы она жить в таком беспорядке. Так что, похоже, убирать мне придется вручную.

За этот вечер я точно поняла, что может быть хуже уборки. Это уборка, во время которой тебя сверлит глазами куратор с замашками аристократа.

Я так явственно чувствовала его взгляд, что могла бы с точностью до миллиметра показать, какое именно место сверлил его карий глаз, а какое – серый. Но каждый раз, когда я оборачивалась, Демьен по-прежнему внимательно смотрел в свой телефон, не обращая на меня ни малейшего внимания. Он не выпускал его из рук до тех пор, пока не раздался звонок в дверь.

– Это, наверное, курьер, – предположила я.

– Не отвлекайся, сам открою, – снисходительно кивнул он и шагнул к двери.