– Однако же его именем ты пользуешься, – нашлась она.

Маккорн усмехнулся:

– Ну, он может меня за это засудить.

Джессамина отвела взгляд.

– Лирой, он не хочет с тобой судиться. Он просто хочет восстановить отношения.

– Восстановить?! – взвыл Маккорн срывающимся голосом. – У меня с ним никогда не было отношений, что он собрался восстанавливать?!

В воздухе вокруг нас так сгустилась магия, что сервиз на столике мелко задребезжал. Я открыла телепатический канал и отвесила Маккорнументальную оплеуху, пока он мне что-нибудь не разбил.

– Так! – рыкнула я на леди Фремантль. – Сегодня никаких разговоров о семейных делах. Кларенс, ты провожаешь гостью в спальню. Лирой, ты идёшь на кухню и добываешь у Банни наш ужин. До встречи за завтраком.

– Но.. – начала Джессамина, но Маккорн уже вскочил и чуть не бегом покинул помещение. Молодец, разумно. После сегодняшних приключений у него на самоконтроль сил точно не хватит.

– Спокойной ночи, – отрезала я.

Кларенс прошипел что-то про дурной тон, но меня его мнение вообще не интересовало. Это не его сегодня трижды накрывало ментальной магией. И вообще, впустил тут невесть кого, усадил в моё кресло и кормил моими пирожными! Я ему ещё завтра выскажу!

Заметив мой настрой, он скривился, но учтиво предложил даме покинуть помещение, всю дорогу до лестницы извиняясь за неблагоприятные обстоятельства для её визита. Я мстительно напускала желчи ему в канал связи и пошла на кухню, чтобы не ждать, пока Банни всё принесёт. Есть хотелось так сильно, что я рисковала проглотить парадный сервиз.

Ужинали мы с Маккорном молча. Потом так же молча побрели вверх по ступенькам. Когда я свернула с лестницы на втором этаже, Лирой вдруг обернулся.

– Ты ко мне?

Я раздражённо развела руками.

– А к кому?

И тут же сообразила, что на втором этаже живёт и Кларенс, а девицу он мог куда угодно определить. Но Маккорна заботило другое.

– Я думал, ты меня накажешь за сегодняшнее, – смущённо пробормотал он.

Я закатила глаза. Нет, наказать, конечно, стоило, но спать одной после упражнений в ментальной магии – плохая идея. Кошмар приснится, и растолкать некому. Поэтому я просто передёрнула плечами и прошествовала в душевую, многозначительно оставив дверь открытой. Через пару секунд Лирой скользнул следом.

Когда мы, отмытые и немного примирившиеся с действительностью, наконец улеглись, Лирой принялся чертить по моей коже какие-то узоры, но я хотела только спать.

– Завтра, – буркнула я.

Он вздохнул:

– Завтра придётся общаться с Джей. Я не хочу в завтра.

Я хотела спросить, сколько ему лет, но привычно напомнила себе не язвить природнику и вместо этого спросила:

– Ты её хорошо знаешь?

– Вообще не знаю, – ответил Маккорн. – Видел один раз и даже не разговаривал.

Я поморгала. Джессамина не вела себя, как человек, впервые решивший пообщаться с родственником.Но додумать эту мысль я не смогла: заснула.

Глава 19

Утром Маккорн притворился, что всё ещё спит. Притворился из рук вон плохо, но я решила его не тормошить. Если человеку нужно набраться сил, прежде чем общаться с родичами, не мне его осуждать. Поэтому я героически отправилась вниз первая.

Леди Джессамина уже маячила в столовой, а Кларенс вился вокруг неё, как муха вокруг.. В общем, не к столу. Нет, ну ладно, кроме неурочного визита, девица Фремантль передо мной ничем не провинилась, будем справедливы. И если её отправил папаня искать Маккорна, то и визит тоже объясним. Что только она делала у виконтессы? Да ещё точнёхонько когда мы там оказались..

– Доброе утро! – радостно воскликнула Джессамина, заметив меня.

– Доброе, – сказала я мрачно. Не выношу, когда люди, едва проснувшись, так радуются жизни. Мне по утрам нужно пару часов слушать, как растёт мох.

– Завтрак готов, – без надобности сообщил Кларенс и выдвинул стул мне, а потом Джессамине. Похоже, присутствие герцогской дочки его сильно нервировало. Ладно уж, не буду ругать. Ну, не мог же он её вчера не пустить. Особенно если она представилась сестрой Маккорна. Но, прежде чем я решала, сказать ему что-нибудь на эту тему или нет, он ушёл в сад. Кларенс может есть, но вкуса не чувствует и особой радости от процесса не испытывает, поэтому обычно пренебрегает. При гостях же он старается покинуть столовую, чтобы не провоцировать вопросы.