При чём же тут моё воспитание? Да при том, что нормальному некроманту такие мысли в голову приходить не должны. Хорошо хоть никто меня не спросил, почему я решила ехать именно в Гдельск.

Городок был не то чтобы прямо крошечный; по нашим местам попадаются и мельче. Но он растянулся вдоль реки, и стоило чуть высунуть нос из самого центра, как ты оказывался в деревне, хоть номинально это всё ещё был тот же город. Зато в центре сбились вместе все лавочки, мастерские, городские службы, увеселительные заведения и всё, чего человеку только могло захотеться. Я всегда считала это удобным, вплоть до того момента, когда мы выбрались из брички на заднем дворе ресторанчика, где я обычно оставляла экипаж.

Маккорн только ступил на мостовую и тут же пригнулся, прячась за невысокой каменной стеной, отделявшей двор этого ресторанчика от соседнего. В таком согнутом состоянии он обежал бричку и только тогда выпрямился, прижимаясь к её боку. Я выглянула из-за брички посмотреть, от кого он скрывался, и увидела двух мракоборцев на ступенях пивной, потягивающих что-то из одинаковых деревянных кружек. Перевела недоумённый взгляд на Маккорна.

– Знакомые, с которыми я бы предпочёл сейчас не встречаться, – шёпотом пояснил он.

Я открыла было рот, чтобы удивиться, чего это именитый природник избегает каких-то мракоборцев, но тут же вспомнила о собственных размышлениях и решила его не ковырять. Уж мракоборцыточно могли испортить нам прогулку – они в большинстве своём неотёсанные и агрессивные, особенно когда начальства рядом нет. Я видела, как Маккорн расшвыривает мракоборцев, но раз теперь он предпочёл спрятаться, значит, эти были на особом счету.

Я присмотрелась к мракоборцам. Могучие краснолицые мужики, один с седеющими усами, прапорщик мракконтроля, другой, чуть помладше – сержант, и похожи друг на друга, как братья. Мракоборцы нередко целыми родами служат. Раньше с этим пытались бороться, родичам ведь свойственно друг друга покрывать, а отлов нечисти и нечистых на руку магов – дело ответственное, но потом стало ясно, что опасения напрасны. Для мракоборца семья – иерархическая структура, которая выдаёт наказания и поощрения так же, как воинская, и разница только в том, что мракоборец, выросший в служащем роду, лучше поддаётся муштре, чем пришедший с улицы, а нарыть грязи на родича для них для всех любимый спорт.

Но вот нарываться на драку с такими точно не стоило. Я им не указ, а Маккорн и подавно, а рангом они повыше тех, которых он спеленал в столице. И потом, как знать, сколько там ещё подмоги в той пивной и в каких чинах. Я могла бы их всех одним щелчком пальцев вырубить, но только выбросом некротики при этом зацепило бы пару кварталов. Поэтому я ухватила Маккорна за руку и под прикрытием брички потащила через двор, туда, где в каменной стене светлела решётчатая калитка. Она оказалась заперта, но уж замок разрушить некротикой – всё равно что моргнуть. Маккорн только вздрогнул, но стоило нам оказаться по ту сторону, как он стряхнул с пальцев несколько светящихся капель своей силы, и замок тихо щёлкнул новеньким механизмом. Я не успела удивиться – ладно людей лечить, но железяки! – когда Лирой прижал меня к тёплой каменной кладке и принялся жадно целовать. Еле оттолкнула!

– Дай хоть из чужого двора выберемся! – прошипела я, когда удалось отвернуться.

– Магистрина, вы так жестоки к несчастному природнику, – с хитрой улыбкой заявил он, совершенно не походя на несчастного, а тем более на природника. – Я же от некротики теряю волю и разум!

Я только фыркнула. Видала я, как и что он теряет. Уж такое количество ему надо особо присматриваться, чтобы заметить.

К счастью, никто из дома не высунулся и нас не увидел, так что, проделав тот же номер с калиткой, ведущей наулицу, мы выбрались на свободу и, свернув за угол, влились в тонкий ручеёк гуляющих господ.

– Магистрина позволит угостить её мороженым? – спросил Лирой всё с той же нахальной улыбочкой, подтащив меня под локоть к уличному кафе, источающему характерный аромат холода и вафель.

– Да что с тобой творится? – прошипела я, позволяя усадить себя за столик.

– А что не так? – делано удивился он. – Я в кои-то веки с прекрасной дамой на свидании. Разве странно, что у меня хорошее настроение?