– Управляющий сознался, – внезапно сказал Кларенс, выдёргивая меня из гипнотических откровений.

– Какой управляющий? – переспросил Маккорн, хлопая светлыми ресницами. Вотсейчас он играет природника или, наоборот, расслабился и забыл строить из себя некроманта? Что вообще у него в голове?..

– Который работает у Фэнни, – пояснил Кларенс. – Помнишь, Марго, ты находила в стене перевёрнутый камень, искажающий периметр? Это управляющий его перевернул. Слышал утром, как мракоборцы это обсуждали. Я так понял, девица Карлайл его подкупила.

– На какие, интересно, шиши? – произнёс Маккорн, и я чуть не подавилась.

Я бы могла такое сказать, но он всё-таки.. Нет, точно не в доме герцога его воспитывали. Наверное, потому он так и борется в себе с природнической натурой, что не хочет признавать отца, который бросил его в детстве.. Или что-нибудь в таком духе. История складывалась в духе того, что читала и любила обсуждать моя мама, но, наверное, в жизни так тоже бывает. И вообще, сейчас меня больше беспокоило поведение Кларенса.

– Это интересный вопрос, – протянул он, склонив голову. – Я бы предположил, что она надеялась, расправившись с Фэнни, выйти замуж за своего бывшего кавалера. Насколько я понял, он весьма обеспечен. Не знаю только, может ли природница так мыслить? – добавил он и выразительно глянул на Маккорна.

Тот пожал плечами, не отрывая взгляда от тарелки.

– Откуда мне знать, что творится в головах у юных едва-едва одарённых природниц? Никогда не интересовался.

– А по собственному опыту? – продолжал настаивать Кларенс.

Моё терпение показало донышко. К счастью, я как раз доела.

– Кларенс, – сказала я по возможности миролюбиво, но не дав Маккорну возможности ответить. – Пойдём спросим Банни, что ей нужно в городе. Да и нам с тобой надо прикинуть.

Судя по взгляду, он прекрасно понял, что я делаю, но перечить не стал. Мы вышли в кухню, где, впрочем, Банни не оказалось. Она наверняка убиралась наверху.

– Что происходит? – спросила я, плотно закрыв дверь и привалившись к ней спиной.

Кларенс слегка развёл руками.

– Я всё уже сказал. Я не уверен в этом человеке.

Я была благодарна Кларенсу за то, что он не пытался увильнуть от ответа, но на этом моя благодарность и заканчивалась.

– Ты полагаешь, что я не могу за себя постоять?

– Я уверен, что ты прекрасно можешь за себя постоять против армии зомби. – Он сложил руки на груди в защитном жесте. – Но это другое. Уж прости, но в делах сердечных у тебя не так много опыта.

Я чуть не брякнула «а у тебявагоны», но сдержалась. Кларенс большую часть жизни проболел, а потом стал зомби, и напоминать ему об этом было бы жестоко. И да, конечно, нормальный некромант бы не погнушался, но, видимо, меня уже не исправить.

– Опыта у меня не прибавится, если ты будешь цепным псом рычать на любого, кого я удостою своего внимания.

Кларенс скривился.

– А ты не могла удостоить своего внимания кого-то.. – он замялся.

– Попроще? – подсказала я. – Поскучнее?

– Поблагонадёжнее.

Я вздохнула:

– Ты слышал, что он вчера сделал, чтобы до меня добраться побыстрее? Да, это сумасбродство, но после такого как ты можешь сомневаться в его намерениях?

Кларенс отошёл к столу и положил руку на его край, нервно поглаживая дерево большим пальцем.

– Это если он к тебе помчался. А не к Карлайл на подмогу. Ты ведь даже не знаешь, вдруг они знакомы? Вдруг заодно?

– Что ты несёшь? Ему-то это зачем? Он сюда приехал со мной и из имения никуда не отлучался всё это время, откуда ему было знать Карлайл? Или ты думаешь, он нарочно ко мне прицепился ради того, чтобы.. Я даже не знаю, чтобы что. Это фантасмагория какая-то, Кларенс!

Он поджал губы, не глядя на меня, и у меня закралось нехорошее подозрение.

– Ты.. уж не ревнуешь ли?

Кларенс возвёл очи горе, а потом всё же обернулся ко мне.

– Конечно, я ревную! Я хоть и мёртвый, но не каменный!

Я уставилась на него. Нет, я бы не удивилась, если бы Кларенс попытался за мной ухаживать, когда я только его обратила, ну или когда он перешёл ко мне работать. Я и сама поначалу на него заглядывалась. Но он не подал ни намёка, а с тех пор уж вон сколько воды утекло, я уже привыкла, что мы друзья. Не уверена, что смогла бы вот так по щелчку перестроить своё отношение.

– Но.. Ты же никогда..