Не удивительно, что Рамон хорошо образован. Да и рассказчик из него отличный, я заслушались и едва не забыла, что недавно он угрожал мне ножом.

Вздохнув, попыталась сосредоточиться и осмыслить услышанное.

В целом метка Белого солнца напоминала наших земных святых, и я потихоньку начинала осмысливать ситуацию.

Маги рождались не только среди знати. Редко, но всё же встречались такие самородки, как Альтис. А среди военных, простолюдинов было куда больше. Они могли претендовать на место в Совете, и с учетом голосов от храма, народ мог влиять на решения короля и знати.

— Верно, — ответила Лиса, когда я поделилась своими рассуждениями, — такие, как ты, опасны для золотой веры. Жрецы из знати бесконечно далеки от Бога, но паутину политических интриг ткут похлеще пауков. Если о твоих способностях станет известно, тебя либо уничтожат сразу и тихо, либо объявят святой и убьют по пути в храм. А потом в твоей смерти обвинят неугодных магов. Ну, к примеру, Каина, генерала или архимага. А то и всех сразу.

— Хорошо, зайдем с другой стороны, — вздохнула я, — как они могут узнать о моих способностях?

— Метка Йороны, — Лиса ткнула в меня лапой. — Сейчас её вижу только я и, вероятнее всего, сможет увидеть архиепископ.

— Если все они далеки от Бога, то откуда у них Сила? — удивилась я.

— Колодец солнца — главный артефакт храма. Раньше его использовали, чтобы лечить простых жителей во время эпидемий или помогать армии в период войны. Сейчас же высшие жрецы присасываются к нему как паразиты, чтобы увеличивать свою Силу.

Слова Лисы напомнили видение Амаранты. Богиня Йорона откликнулась на её мольбу. Выходит, что она не покинула этот мир.

Вряд ли её устраивал нынешний расклад сил, а значит в её интересах избавиться от тех, кто сейчас заправляет в храме и очистить его. Получается, я могу рассчитывать на её помощь!

Ну… в теории.

— Миель… — вдруг раздался в мыслях голос, который я слышала в видении Амаранты!

— Богиня Йорона⁈

Мне не ответили, но воспоминания леди Лавьер вдруг вспыхнули особенно ярко. Каин сошёл с ума после смерти сестры, но об этом я уже знала. Выходит, принцесса — ключ не только к этим событиям?

— Альбина, тебе плохо? — насторожилась Лиса.

— Голова раскалывается, — призналась, — слишком много информации…

— Потерпи уж, — нахмурился Рамон, — я вас не оставлю, пока во всём не разберусь и не решу окончательно, что с вами делать.

— А что тут разбираться? — удивилась Лиса. — Помогай нам!

От такой наглости опешила даже я.

— Слушай, давай начистоту. Если бы ты хотел нас прибить или выгнать, не рассказывал бы Альбине про метки и Жнецов…

— А вдруг это последняя милость перед смертью? — хмыкнул глава.

— Не смеши меня. Ты тратишь время на милость, когда собираешься продать её подороже.

В синих глазах заплясали весёлые искорки. Лиса попала в цель. Несмотря на риск его заинтересовало это дело и возможная выгода.

И раз уж Аша без тормозов, то и я отставать не буду.

— Я найму всю гильдию, — решительно заявила, и в воздухе повисла звенящая тишина.

Только Рамон закашлялся, поперхнувшись моим самомнением, а Лиса постучала лапой по виску, намекая, что нам не хватит денег.

— От имени королевы, разумеется, — тут же добавила я.

У неё точно хватит. И в том, что Беатриче согласится заплатить, я не сомневалась. Чтобы вернуть трон ей не хватит одной наёмницы и духа. Нужна армия, пусть и маленькая, зато обученная.

— У леди в кармане есть документ, способный подтвердить право, обещать что-то от имени королевы? — Рамон иронично изогнул белоснежную бровь.

У леди в кармане была сама королева, но ответить так я не могла…

— К слову, ты упомянула, что на троне фальшивка, — глава перевёл взгляд на Лису. — Тогда где настоящая Беатриче?

— Ну… как тебе сказать… — Аша замялась, нервно перебирая лапами.

— Проще показать, — вздохнула я, касаясь висящего на шее амулета.

Я до сих пор сомневалась. Рамон оставался для меня загадкой. Были не ясны его мотивы, я не знала наверняка, как сильно он привязан к Лисе и можно ли ему доверять на сто процентов? Однако внутреннее чутьё подсказывало, что мы подошли к черте.

Он дал нам время прийти в себя после побега и всё обдумать. Понять, что без его помощи мы пропадём. И теперь ждал ответов. Честных и прямых, а не туманных и припорошенных расплывчатыми обещаниями.