— Потому что не хотел причинить тебе боль. Было бы нехорошо пересечь эту черту, ты и так немало выстрадала. Я бы ни за что на свете не хотел сделать тебе ещё больнее, случись что-то. Не то чтобы я планировал это, но я хочу защитить тебя. Ты мне очень дорога, Камилла.

Его признания согревали меня даже в зимний морозный полдень.

— Ты тоже мне очень дорог, Натан. Итак, чем мы займёмся вечером? Я голодна.

Натан зарычал и набросился на мою шею:

— Я тоже.

Я понимала, о каком голоде он говорил, и неожиданно я почувствовала влажность там, где совсем недавно я испытывала боль:

— Тогда отнеси меня в дом и согрей.

Он не стал терять времени, взял меня на руки и побежал к дому. Я разразилась смехом, месяцами не ощущая такой беззаботности. А если уж быть честной, то годами.

Глава 24

Камилла

«Виндзор».

Натан смотрел на меня с ехидной ухмылкой:

— Твоё второе имя Виндзор?

Я отплыла от него, расплёскивая воду и негодуя от его задиристой интонации:

— Да! Это традиция, и это красиво. Так что не начинай. А какое у тебя?

Нейт поклонился, колебля тёплую воду:

— Ромео Наполеон Третий.

Я закатила глаза и поплыла по-собачьи, поддразнивая его плыть за мной, хоть и было сложно притворяться обиженной, когда в шаге от меня стояли три рельефные человеческие статуи ростом под шесть футов, одетые в чёрные купальные шорты. Капли воды блестели на естественно смуглой коже Натана, и, хоть он уже не был в большом спорте, тело его было мускулистым и упругим. Я ловила себя на том, что то и дело проводила линии пальцами по его груди, когда мы оставались наедине и нагишом. Его тёмные волосы были мокрыми и зачёсаны назад, он был похож скорее на некоего греческого рыбака в его выходной день, чем на провинциального парня из пригорода Нью-Йорка.

Это я предложила искупаться в бассейне и посидеть в сауне сегодня вечером; с декабря месяца я лишь раз ими воспользовалась. Комната была красивой: стеклянный потолок открывал вид на зимнюю ночь и мерцающее небо над головой. Мне нравилось приходить туда ночами, там было тепло и умиротворённо, и можно было смотреть на звёзды в вышине, не спрятанные за городскими огнями и суетой.

Ну и, конечно, можно было любоваться тем, как Натан в своём сексуальном купальном костюме красиво рассекал волны в бассейне. Это было огромным преимуществом.

Как, к примеру, сейчас его мускулистые плечи гребли в мою сторону:

— Иди сюда, принцесса!

Он подхватил меня, прижимая к себе, и погрузил нас в тёплую воду бассейна олимпийских размеров. Наши тела сплелись, и я льнула к нему, наслаждаясь прикосновением пальцев к его коже под водой.

Мы всплыли на поверхность. Натан стоял, в то время как я не доставала до дна. Мои ноги обвили его талию, руки обхватили его шею, а его руки прижали меня ближе, подхватив за зад.

— Да ты просто наглец, — я провела языком по его губам, и он тут же поймал его зубами.

Отпустив моя язык, который слегка пощипывало от боли после укуса, Натан закатил глаза:

— Ты любишь так меня называть, когда мы вместе дурачимся. Надо бы тебя закалить.

Он сорвал часть моего купальника:

— Не удивительно, что ты не различаешь шуток, эта вещица слишком маленькая. С тем же успехом можно и без неё.

Он начал развязывать верхнюю часть купальника, я стала колотить кулачками и поплыла к другому бортику бассейна.

— Не так быстро, мистер. Всего два часа назад ты раздел меня и повалил на кровать. Мне нужно время восстановить силы.

Взгляд Нейта блуждал по моему телу, так что мы оба знали, что мои соски затвердели под чёрным треугольным топом.

— Вот эта часть твоего тела нравится мне больше всего. Я проделаю отличную работу с тобой в этой позе.

Я покраснела от кончика носа до пят, понимая, что он снова таким образом пытался соблазнить меня. За этой галантностью, скрытой под прочной шелухой, скрывался помешанный бог секса, который, видимо, положил на меня глаз. Не то чтобы я жаловалась.

— Да, но с болью во всём теле похлеще, чем у марафонцев, мне нужна передышка, — вот уже неделю как мы бросались друг на друга; и, хотя секс стал моим любимым времяпрепровождением, мне нужно было набраться сил. — Если бы ты мог сделать что-то одно, что бы ты выбрал?