– Тебя разве не учили, что подглядывать и подслушивать нехорошо? – я с силой сжала зубы, стараясь выглядеть спокойной.

С каждой секундой понимала, что еще немного и боевику придется нелегко, этот парень увидит меня в гневе, поэтому нужно сказать, что я собиралась, и как можно скорее уходить.

– Не стану оправдываться, – он сложил руки на груди, невозмутимо пожимая плечами, – мой поступок не самый лучший, но он был сделан ненамеренно. Я чисто случайно оказался здесь, услышал голоса…

– Послушал? – перебила его я, медленно вставая на ноги. – И как? Доволен?

– А с чего мне быть довольным? – хмыкнул боевик, своим безразличием подталкивая меня к грани. – Проявление симпатии к кому-либо, это нормальное явление. Только кто-то ей рад, а кто-то нет.

Сделала глубокий вдох, понимая, что все. Это конец.

«Теперь точно уверена, что не нужна ему! Не нужна! Даже сейчас, зная о моих чувствах, он ведет себя так, словно навозная муха ему симпатичнее, чем я!»

– Я услышала тебя, – в груди разрасталась боль, которую не удавалось контролировать. – То, что произошло в пещере, пусть там и останется! Тебя для меня больше не существует!

– Рад, если это действительно так, – кивнул боевик, в голосе которого сквозила стужа.

Даже не представляла, что душевные страдания могут быть настолько мучительными, что слова могут так сильно ранить.

Замерев, я чуть приподняла подбородок, одним движением руки создавая пространственную воронку. Секунда, наш зрительный контакт разорвался, и я поспешила шагнуть туда, где смогу побыть одна.

Стоило только оказаться в своих покоях, как я упала на кровать, утыкаясь лицом в подушку. Не стала сдерживать свои эмоции, они рвались из меня вместе со слезами и криком. Было так больно…

«Дура! – ревела я. – Какая же я дура! Поиграла?! Соблазнила?! А вот теперь страдай, потому что ты ему и даром не нужна!»

38. Садись и слушай

Ливан

Оставшись в одиночестве, я смотрел на то место, где буквально минутой ранее стояла Ракель. На душе было тяжко, а мое сердце учащенно билось в груди, ругая за то, что я такой упертый баран.

«Зачем? – раз за разом всплывал в мыслях один и тот же вопрос. – Ну зачем я провел между нами черту? Она испытывает ко мне чувства, страдает, хочет моего внимания, а я отталкиваю ее, пытаясь удержаться от прикосновения к ней…»

Моя влюбленность кричала, что нужно кинуться следом за Ракель, нужно догнать ее и сказать… А что, собственно, я могу сказать? Что хочу ее всю, полностью и без остатка? Хочу смотреть только на нее одну, дышать ей и всегда быть рядом? А не слишком ли это? После таких слов, как правило, начинаются отношения, а я не должен надеяться на них. Не должен истязать себя глупыми мечтами!

«Сегодня Ракель нравлюсь я, а завтра она выйдет замуж за того, на кого укажет ее отец. Ее сердце будет разбито, мое сердце будет разбито… Мы оба пострадаем. Поэтому, пока она испытывает ко мне только симпатию, на этом стоит остановиться, ведь от любови избавиться гораздо сложнее. Она не должна мучиться от тех же страданий, что и я. Интерес принцессы быстро ко мне пройдет, главное как можно скорее покинуть замок. А я… А я сам как-нибудь переживу нашу с ней судьбоносную встречу и все вытекающие из нее последствия».

Обреченно вздохнув, я сделал глубокий вдох, погружая кисти рук в карманы брюк. Чувствовал себя разбитым на множество осколков, которые одновременно поразили одну и ту же цель – мое сердце.

Я не хотел здесь находиться. Не хотел оставаться в замке, но и покинуть его не мог. Нет, мог, конечно, но тогда родителям пришлось бы туго, ведь если я поведу себя так, то это будет говорить, что воспитания у меня нет ни капли, и матушка с отцом испытают жуткий стыд.

За своими мыслями и душевными терзаниями я не сразу заметил, что стою уже возле стен замка, как раз под своим балконом. Оттолкнувшись ногами, я ухватился за кованое ограждение и подтянулся на руках, переваливаясь через перила.

– Наконец-то! – послышался недовольный голос Лэра из темноты комнаты. – И где ты ходишь? Я вообще-то переживал за тебя!

– Со мной все хорошо, – пожал плечами, усаживаясь в кресло и не желая зажигать свет, чтобы не выдать своих эмоций, так отчетливо проглядывающихся на моем лице. – Я выходил в сад немного прогуляться. Стены замка давят.