– Увы, такой я есть, – оскалился в ответ. – Хотя, откуда вам знать, вы же не знакомы со мной настоящим.

Потянулся свободной рукой к перстню матери Оливии, но она вцепилась ногтями в мою конечность, оставляя на ней глубокие царапины.

– Дьявол! – ругнулся я, решив, что хватит церемониться.

Мысленно попросив прощения перед богиней семьи, ведь в моем понимании подобное обращение к женщине просто недопустимо, и не важно какой дрянью она является. Резкий рывок, я заломил руку взвизгнувшей злодейки, тем самым разворачивая в противоположную сторону и прижимая конечность к ее пояснице. Она брыкалась, пыталась вырваться, но я держал крепко, дотрагиваясь до украшения и нажимая на него.

– Ну кто бы сомневался! – усмехнулся я, отталкивая от себя мерзавку и поднимая упавший на пол клочок волос, выпавший из ее перстня. – Колдовка! – рыкнул я, угрожающе наступая на пятящуюся женщину.

– Это не мое! – учащенно дышала мать Оливии, не сводя с меня панического взгляда.

– Конечно! – кивнул я в ответ. – Конечно не ваше! Иного ответа я и не ожидал! Вы будете казнены за пленение чужого разума! – мой тон стал ледяным. – Уже представляю, как будет благодарен ваш супруг, когда с него спадут чары!

– Я ничего не сделала! – стояла на своем мерзавка.

– Вы пленили своего мужа, – рыкнул я, смотря на нее в упор, – а потом решили направить по этому же пути родную дочь!

– Неправда! – замотала головой она, поглядывая вниз и вжимаясь в перила.

– Значит так, – махнул я рукой, – ваши дни сочтены, здесь без вариантов! Вы ответите за свои злодеяния на центральной площади…

– Нет! – закричала во все горло Оливия, пытаясь прорваться к матери и своим криком привлекая внимание гостей. – Не трогайте маму! Не трогайте ее! – верещала она.

– Я ничего не сделала! – злобно щурилась главная мерзавка.

– Уведи ее! – махнул я рукой самому ближнему из стражей. – В подземелье! Пусть посидит там, пока на площади подготовят виселицу для казни!

– Мама! – заорала во все горло графиня, рыдая и ударяя Ториша в грудь, ведь он не давал ей сделать и шага. – Мама… нет!

– Давай живее! – не выдержал я, бросая беглый взгляд на приближающегося стражника. – Нечего с ней церемониться! Раз уже привлекли всеобщее внимание, тянуть не стоит!

Мать Оливии пыталась вырваться, но страж не позволил, удерживая ее за шиворот и утягивая за собой. Она рычала, скалилась и путалась в собственных юбках, чуть ли не падая на пол, но ее так и продолжали тащить вперед, вдоль расступающейся толпы, с шокированным выражениям лиц наблюдая за происходящим.

«Приехали на помолвку, а попали на спектакль», – коварно хохотнул я.

– Ваше величество… – подвывала Оливия, размазывая слезы по щекам и реагируя вздрагиванием на крики собственной матери, – умоляю вас, ваше величество… – графиня упала на колени, пытаясь подползти к монарху, но Ториш не позволил, вновь вставая у нее на пути. – Пощадите мою матушку…

– Серьезно?! – фыркнул я. – Ты молишь о пощаде?! А наглости тебе не занимать, как я погляжу!

– Я обещаю, что дарую ей помилование, – произнес король, – если ты расскажешь всю правду. Всю, Оливия, – качнул он головой, – и о ребенке в том числе, который развивается в твоем чреве и зачат от совершенно другого мужчины.

Испуганный взгляд молодой женщины, которая закрыла руками лицо и зарыдала в голос, обязательно затронул бы мое сердце, но не в этот раз. Я жаждал отмщения. Жаждал наказания для этой чокнутой парочки, в состав которой входили мать и дочь.

– Ты опоила меня, – зашипел я, нависая над ней. – Затащила в кровать, а потом заявила, что забеременела от меня! Как у тебя только язык повернулся такое сказать!

Плач стал надрывным с учащенными всхлипами.

– Думала, я не догадаюсь?! – продолжал добивать ее я, понимая, что все, она уже почти сдалась. – Думала, что сумеешь обвести меня вокруг пальца?!

«А ведь если бы не Анастасия, то все именно так бы и произошло!»

– В общем, – фыркнул, нервно передергивая плечами, – если хочешь спасти жизнь своей матери, как и свою, то говори, Оливия! Говори правду, а все присутствующие здесь с удовольствием послушают! Но если ты солжешь хоть в чем-то, то будешь стоять в первых рядах, наблюдая, как твоя мать болтается в удавке! Так что выбирай, ее судьба в твоих руках!

ЭПИЛОГ

Эртан(год спустя)