— Можешь спокойно шевелиться. Оно сделано для сна. Если понадобится в туалет, скажи мне по интеркому. Он всегда включен. Спокойной ночи, любимая. Сладких снов, — добавил он, прежде чем встретиться со мной губами.

Что-то происходило. Что-то, чего я не понимала. Голова кипела от мыслей о сне в поясе верности. Моя вагина сжалась, а грудь странно защипало, словно блестки смешали с фейерверками.

К удивлению, несмотря на то, сколько мыслей крутилось у меня в голове, я заснула. Уверена, большая заслуга в этом принадлежала лекарствам, а ни чему-то еще. Я знала, что без них в моем мозгу были бы американские горки всю ночь. Я даже не помню, как засыпала. Просто отключилась.

Глава 5

— Мама, Иззи сказала, что у нас не будет красивого дома. Она сказала, что мы снова будем жить с кем-то. Это правда, мам? — спросила я, сидя на переднем сидении. Я была маленькой. Очень. Возможно такого же возраста, как и Офелия.

— Ты трепло! Я не хотела, чтобы ты говорила ей это, — пожаловалась Иззи с заднего сидения и ударила меня. Подождите. Ударила кого? Я была на переднем сидении. Или на заднем?

— Почему ты так сказала, Изабелла? — спросила мама, оглядываясь через плечо, бросая на Иззи строгий взгляд.

— Ну, ты всегда об этом говоришь, но никогда эти слова не становятся реальностью, — сказала я правду. Все было так знакомо и в то же время так чуждо. Безопасность. Я чувствовала себя в безопасности. Большей, чем когда-либо в жизни. Я думаю…

— Могли бы мы так жить, если бы нам нужно было заботиться о доме? Неужели вам действительно хочется жить в стенах одного и того же дома год за годом? — Мама подмигнула, и ярчайшая улыбка зажгла ее лицо. Она обнажила белые зубы из-под красных губ. Это значило, что я была права. У нас не будет своего дома.

Я видела свою молодую мать, словно она стояла у меня перед глазами. Словно могла протянуть руку и коснуться ее прекрасного лица. Ее волосы завивались, как у меня и Иззи, у кончиков. Подождите. Иззи? Настоящая жизнь смешалась с другой реальностью в моем сне, который больше походил на некое подобие галлюцинации. Она была реальной и все же не совсем.

— Ну, у нас могли бы быть качели, — произнесла я снова с переднего сидения.

Голос Изабеллы прервал беседу между мной и мамой.

— Посмотрите на все эти цветы, — произнесла она чуть громче шепота. Ангельский голосок. Наши с мамой разговоры о доме с двухуровневыми кроватями и игровой площадкой закончились с этими мягкими словами.

Я выглянула в окно. Золотые цветы походили на ковер, устилающий пустыню. Сотни цветов, а может и миллионы триллионов. Там было больше цвета, чем у меня в цветных карандашах. Я была поражена. Все мы были.

— Пойдемте, девочки, — сказала мама веселым голосом. Это означало новые приключения. Нас ожидало веселье. По мере взросления мы поняли, что это обычно значило нарушение закона.

Мы с Гэбби выскочили из машины и побежали за мамой, наши руки парили в воздухе, словно орлы, летающие высоко в небе. Запах желтых и оранжевых цветов наполнял наши носы, пока мы бегали в свете солнца.

— Ложитесь. Мы должны лечь, — настояла мама. Конечно, мы с Иззи сделали это. Рука об руку мы легли на кровать из цветов. В ярко-голубом летнем небе виднелись молочного цвета облака. Легкие и пушистые. Легкий ветерок приносил к нам аромат цветов. Я видела, как наши с Иззи носики морщились. Запах был похож на рыбий. Эти цветы не были благоухающими. От них не пахло чудесной лавандой или розой. Но мама даже не заметила этого. Она была в том состоянии, когда просто веришь во что-то большее, возможно, размышляла, что мы были посланы на эту землю не просто так. Все это был лишь тест перед тем, что нас ожидало. Моя мама повторяла нам это, сколько я себя помнила.

— Что вы видите, Клайды?

— Я вижу пони, — произнесла я, но тут же поняла, что она имела в виду не это.

Мою руку сжали с тихим пониманием, и я услышала вздох. Дальше была очередь Иззи, и она произнесла то, что мама хотела услышать.

— Я вижу весь мир, — сказала она в восхищении, не замечая плывущего пони, но видя что-то волшебное. Что-то грандиозное, большее, чем она сама. Что-то, что видела и моя мать.