— Где я тебе ее возьму?.. Не под окнами же клянчить… хотя у этих нелюдимов не то что косточку, зимой снега не выпросишь!.. Тьфу, блин!
— Без нервов, мать. — Крыс принюхался. — Ща я тут пошмонаю по углам, глядишь, чего найду…
Он спрыгнул на пол. Вожак собачьей своры навострил уши.
— Так, тут пусто… — бормотал себе под нос хвостатый, роясь в старой соломе. — Хоть шаром покати!..
Пес облизнулся и встал. Остальные, с интересом втягивая носами воздух, зашевелились. В собачьих глазах зажглись голодные огоньки…
— Мыш.
— А?..
— Замри.
— Че?.. — обернулся он. И нос к носу столкнулся с вожаком. Судя по всему, выражение янтарных глаз пса крысу понравилось еще меньше, чем мне… В принципе, вполне объяснимо — кому приятно, когда в тебе видят неплохую закуску?.. Меня в прошлый раз тоже «ели», я знаю…
— Спасите-е! — отчаянно пища, хвостатый удачно сиганул мне в руки, успев до того, как щелкнули собачьи челюсти… Мгновение — и вся упряжка, позабыв прежние аморфные настроения, с исступленным лаем вилась у моих колен, взвизгивая и подпрыгивая.
— Господи… — Серый в полуобморочном состоянии свисал с моей вытянутой кверху руки. — Вся жизнь перед глазами промелькнула… Инфаркт миокарда, инсульт миосульда!.. Они их что, в принципе не кормят?!
— Спокойно… — Я внимательно оглядела умильные собачьи морды и что-то прикинула в уме. — У меня идея…
— Опять?
— Ага… Придется тебе, Мындер, послужить Родине.
— Я? Мне?.. — забарахтался крыс. — Пошла на фиг! Не хочу!!
— Надо, Федя… Надо!..
Когда-то, в далекой моей юности, а точнее — в детсадовском розовом детстве, мне подарили проектор для диафильмов. И был там один фильмец, серия приключений «Трое из Простоквашино»… Так вот, был у небезызвестного дяди Федора трактор, если мне память не изменяет, по имени Тр-р-Митя. Трактор был особенный: он питался супом и котлетами. А ездили на нем исключительно сидя на крыше с удочкой, на крючок которой была насажена сосиска. Трактор видел перед собой цель и поэтому ехал, куда следовало… Возвращаясь к нашим баранам — сосиски у меня не было. У меня была только средней упитанности серая декоративная крыса…
Упряжка, высунув языки, неслась по скрипящему снегу в сторону гор. Теперь они уже не казались такими недосягаемыми… В полуметре от морды вожака, на длинной хворостине (удочек, сами понимаете, в деревне не держали), раскачивался в моей перчатке дико вопящий качественным русским матом Мышель. Чего я только от него не наслушалась!.. Про себя-то молчу, но мои ближайшие родственники по материнской линии икать будут как минимум еще лет пятнадцать…
— Мындер, не разоряйся. Всё равно не сниму, пока до места не доберемся…
— У, дочь ехидны и обезьяны! — орал хвостатый, грозя мне кулачком. — Ты мне еще за это ответишь!.. Ты со мной за это ничем не расплатишься!
— Даже сыром?..
— Да!!
— Тремя килограммами?..
— Да хоть пятью!.. — уже не так уверенно ответил он.
— Ну, не знаю… — задумчиво посмотрела я на небо, — если уж даже пять кило французского рокфора в оригинальной упаковке от производителя не катит…
Он на минуту замолк. Потом недоверчиво взглянул на меня:
— Пять?..
— Ну.
— Рокфора?..
— Его самого.
— Прямо из Парижу?!
— Можно устроить… — пожала я плечами. — Но если ты не хочешь, то…
— Щас! — подпрыгнул Мышель, чуть не вывалившись из перчатки. — Хочу! А ты не врешь?..
— И в мыслях не было!
— Да? Ну, тогда ладно… — он успокоено примолк и спросил: — Слушай, горы — это хорошо, конечно… но альпинистским снаряжением мы как-то не запаслись!
— Так полезем.
— Ой, не нравится мне всё это…
— Да ладно! — махнула я рукой. — Что-нибудь придумаю.
— Тогда давай уже, начинай! Собачки, я смотрю, шустрые, скоро там будем…
— Угу, — изобразила я на лице бурную работу мысли. Даже глаза прикрыла для более полной картины грандиозной умственной деятельности. И… почувствовала, что засыпаю! Ну а что вы хотели — считай, сутки не спавши!.. Между прочим, Дмитрию Ивановичу Менделееву недостающие элементы знаменитой таблицы именно приснились! Имеет смысл попробовать тоже… это, конечно, просто отмазка перед совестью, но… глаза слипаются, а скользящий бег собачьей упряжки по ровному насту так убаюкивает…
…Ба-бах!!!
— Стаська-а-а!!