Когда дальше не последовало слов, а тварь с меня сползла, победило любопытство, и я открыла один глаз. Асиль оказалась ниже на ступенях, и дымчатое облако начало рассеиваться. Там действительно была вода – зеркальная гладь, как одно огромное полотно. И в нем я разглядела размытые контуры. Вардара узнала сразу, и его изображение становилось четче с каждой секундой. Мой сильный варвар с ссадинами и царапинами по всему телу склонился над огромным мохнатым телом Белого. Пес не подавал признаков жизни, и по растерянному виду Вардара я поняла, что животное готовится отойти в мир иной.

– О нет, – прошептала я и спустилась ближе.

Изображение увеличилось, давая мне возможность увидеть огромный осколок кристалла, торчащий из груди пса. Белый действительно спас Варда из завала.

– Матушка, сделай что-нибудь! – попросила я, даже не заботясь, как неподобающе это звучало. – Прошу! Не отнимай у Вардара верного друга.

– Но ведь у него есть ты, – ответила безмятежно черная змея и переползла на мои ноги. А после свернулась и уложила голову на моем колене, продолжая смотреть в гладь. Я все это время даже не дышала, но когда увидела саму себя и старика Квока, тянущего меня за ноги, шумно выдохнула.

– Вот гад! – вырвалось у меня. Покосившись на Асиль, быстро исправилась: – Прости, матушка.

– Я не зря выбрала Вардара тебе в пару, – продолжила она, будто и не слышала меня.

И я опять застыла, слушая каждое слово, произнесенное божественным гласом. Казалось, что он затрагивал самые глубины сознания, пробирался под кожу и прожигал невидимое клеймо. Где-то писали, что слова богини невозможно забыть – теперь я знала это наверняка.

– Ты выбрала? – спросила я, когда она не продолжила.

– Конечно, милая. Я всегда вижу магов, которые способны вынести божественную силу. Вардар не единственный, чья душа может слиться с твоей.

Стоило ей это сказать, изображение вновь сменилось. Теперь я видела всю Альтору как на ладони. И на ней повсюду горели ярко-голубые точки.

– Это они? – догадалась я. – Все мои… женихи?

– Верно, – подтвердила богиня. Но их ведь было так много! Десятки… Сотни! И кто-то из них наверняка мог быть ласковее Вардара и жить в роскошном замке. Как она выбирала? Методом тыка? – Он отличен от других одним очень важным качеством, – продолжила Асиль. – Вардар никому не доверяет.

– Я заметила, – буркнула я.

– Всю жизнь его предавали, Алира. Это было необходимо, чтобы закалить его, подготовить к любым испытаниям, научить самостоятельности и вере в себя.

Змеиная голова развернулась ко мне, и я, скривившись, отпрянула. Впрочем, страшно уже не было. Только немножко противно. Не могла принять облик кошки? Или свиньи, на худой конец.

– Вот почему ты не можешь сейчас забрать его пса, – с мольбой заявила я. – Прошу! Верни Варду Белого.

Асиль устало вздохнула.

– Я должна отдавать Смерти тысячу душ ежедневно со всех своих миров, дочка. Если не пес, тогда кто?

Карта Альторы на белой глади начала увеличиваться, возвращаясь к Северным горам. К нашему форту, к пещере, к Вардару. Оставив Белого, он с убийственным взглядом встал на ноги и проорал мое имя изо всех сил.

– Видишь? – удовлетворенно произнесла матушка. – Вардар никому не верит. Никого не подпускает к себе слишком близко. Никого не любит, Алира. И никогда не любил. Ведь знает, что только это произойдет, я сразу отберу это у него.

Я в ужасе охнула. Ну гадина же!

– Зачем? Зачем ты так жестока с ним?

Змея сползла с моих ног и начала расти на глазах. А вот теперь и страх вернулся. Я начала отползать, но от голоса богини скрыться невозможно.

– Чтобы он ценил и оберегал как зеницу ока самое драгоценное, что я ему подарила, – прошептала матушка. – Тебя, моя девочка.

Змея все росла, и больше в ширину, чем в длину, обретая четкий облик женщины. Но чем четче становились черты лица и тела богини, тем хуже я ее видела. Словно белый свет поглощал ее, окутывал, не давая подсмотреть истинный образ. Не зря ведь говорили, что никогда и никому не доводилось видеть Асиль. После этого живыми не возвращаются. А мне очень-очень нужно было вернуться.

– Тебе пора, милая, – услышала я прежде, чем яркий белый свет затмил все вокруг.