— Я не уйду, пока не дождусь ответа. — Он передал ей блокнот и карандаш.

Бросив на него негодующий взгляд, она написала: «В тот день, когда директор школы пришел сообщить мне о смерти матери».

Глава 15

В этот день Саманта не уехала из Нью-Йорка. Но она была вынуждена пообещать Майку, что будет во всем слушаться его, если задержится здесь еще на пару дней, — Блэр сказала, что за это время должно пройти ее горло, и она опять сможет говорить. В действительности же ей нужно было прийти к определенному решению. Она подумала, что лучше это сделать там, где она сейчас есть, чем на новом месте, к которому нужно еще привыкнуть.

Уговорить Майка было нелегко, так как он был убежден, что Саманте лучше немедленно покинуть город и скрыться в безопасном месте. Он больше не желал, чтобы она имела какие-нибудь дела с Доком и вообще с чем-нибудь, хоть как-то связанным с Макси и со всем этим расследованием. Саманта спросила его в записке, будет ли он продолжать работать над биографией Дока. И когда он ответил утвердительно, не стала заострять внимание на том, что он находится не в большей безопасности, чем она сама. Кто-то точно так же мог решить, что он знает о деньгах Однорукого.

Саманта не хотела покидать этот дом, не хотела садиться в машину с другим мужчиной и переезжать на новое место. Она не хотела расставаться с Майком.

Когда она проснулась, день клонился к вечеру. Майк принес ей обед на подносе. Он выглядел усталым, и на лице была двухдневная щетина. Он хотел, чтобы она опять заснула, но она знаками показала, что хочет посидеть на диване.

Майк нехотя согласился. Затем взял ее на руки и отнес в библиотеку, где уложил на диван и прикрыл пледом, будто она была совершенно беспомощна. Когда она устроилась поудобнее, он подошел к письменному столу и начал перебирать кипу бумаг.

Саманте хотелось побольше узнать о человеке, который, возможно, является ее дедом. Поэтому она написала Майку записку, что хочет печатать его записи. Он не разрешил ей сесть за письменный стол, где стояла ее «персоналка», но спросил, существуют ли компактные компьютеры, которые можно положить на колени, и попросил написать название, чтобы он смог заказать нужную модель. Саманта попробовала возразить, заявляя, что такие компьютеры слишком дороги и к тому же она вполне сможет сидеть за столом и работать, но Майк решительно отмахнулся. Наконец она согласилась и написала название компьютера достаточной мощности и «мыши» к нему. Майк позвонил в магазин, а через два часа аппаратура была доставлена на дом.

Пока Майк принимал душ, Саманта встала с дивана, подключила к цветному дисплею настольного компьютера «мышь» и настроила «компьютерную игру». В это время вернулся Майк, еще мокрый, в одних только белых теннисных трусах (Саманте показалось, что от этого зрелища ее сердце тотчас остановится) и сразу уставился на экран большого компьютера, где началась игра. Будто загипнотизированный, он направился к письменному столу, прикоснулся к «мыши» и, когда маленький человечек на экране задвигался, полностью отключился. Саманта с улыбкой смотрела на его красивую широкую голую спину, склоненную над игрой. Но она просто не могла понять, как человек, который проявил такое тупоумие в обучении печатанию на компьютере, за несколько секунд освоил правила компьютерной игры.

Незаметно для себя она заснула и проснулась, лишь когда почувствовала, что ее берут на руки. Инстинктивно Саманта начала сопротивляться. Но человек крепко прижал ее к себе и прошептал: «Это я… я, Майк».

Она мгновенно расслабилась в его объятиях, все еще до конца не проснувшаяся и чувствуя боль в горле. Но когда он опустил ее на свою кровать, она вновь запаниковала, пытаясь вырваться от него.

Майка поразила ее реакция. Он отступил назад, лицо его было искажено гневом.

— Я не насильник! — процедил он сквозь сжатые зубы. Я не собираюсь причинять тебе боль и не стану ложиться в постель с женщиной, которая этого не желает.

Он развернулся и направился к двери, протянув руку к выключателю, чтобы погасить свет.

— Если я тебе буду нужен — я в соседней комнате. — Голос его звучал сухо и холодно.