— Ты, Серега, на цену, что в договоре нарисована, не гляди. Сам знаешь, реальную не напишешь, с проблемами разными потом заколебешься. Поэтому и проставили — копейки.

Знаем, плавали. Однако душа шевельнулась: а как кинут? Но виду не подал — пан или пропал! Подмахнул бумажки лихо. По рукам ударили. Еще виски выпили. За удачу в нашем непростом бизнесе.

— Ты, пожалуй, в кассу сам не ходи, — Вадик решил. — Не царское это дело. Сейчас позвоню, пусть сюда бабки принесут.

Согласился с ним. В кресле растянулся. Лапы вытянул. Были и мы рысаками!

Вскорости девушка в кабинет впорхнула. Глазастая, ногастая. По девушкам уже соскучился, сил нет. Может, на ужин ее вечером пригласить? Ресторанчик, то, се…

А она, как мысли мои прочитала, улыбнулась интимно почти:

— Ничего, что в долларах?

— Да хоть в юанях!

Тоже поулыбался ей, в ведомости какой-то расписался, она из кейса красивого деньги доставать стала, на столик передо мной складывать. Пачку, вторую, третью…

— Пересчитывать будете?

— ??!!!!

Головой отрицательно помотал — говорить уже не мог. Чего их считать? Я такие пачки сто раз в руках держал. В банковской упаковке. По десять тысяч каждая — ДОЛЛАРОВ!

Всего девчушка востроглазая десять пачек на столе выстроила. И упорхнула. Я три раза глубокий вдох-выдох сделал. Боялся выдать свое потрясение. Но дар речи все же обрел. Из кресла вылез, Вадику руку пожал:

— Будешь во Владивостоке — заходи. Рыбалку организую. Катерок на острова.

— Спасибо. — Тут он замялся. — Ты только это… Как коллегу по цеху прошу…

— Ну чего?

— Того! Соседей там вокруг тебя еще пятеро осталось. Ты им о размерах сделки нашей не говори. Сам понимаешь — бизнес.

Понимаю. Не скажу. Только Борьку с Анькой попросил не обидеть. Вадик пообещал.

Домой меня на джипе снова везли. Сто тысяч долларов! Безуглов, сто тысяч долларов!

Во Владивосток приеду, Евгении Августовне такую свечу поставлю, что ни в одну церковь не влезет. Узнаю, где могилка, памятник отгрохаю. Какой памятник — мавзолей!

По пути водителя остановиться попросил. Возле супермаркета. Закупился до зубов. Колбасок всяких, банок заграничных, бутылок, фруктов заморских — всякой бяки.

В Серышев приехали — к Борьке сразу ввалился. Как Дед Мороз. Анька руками всплеснула: добра-то сколько, и не ела такого сроду!

— Тогда желание загадывай, — посоветовал ей.

— Зачем?

— Когда в первый раз пробуешь что-то — загадывать надо.

Она всерьез отнеслась, думала долго, потом определилась.

— Забеременеть никак не могу, — сообщила доверительно. — А ребеночка хочется! И еще фэньхуа.

— Чего-о? А ты откуда про фэньхую знаешь?

— Читала в книжке. Любимый фрукт императрицы китайской.

— Анька, перепутала ты все! Императрица лиджи любила. Плод такой скоропортящийся. Вроде малинки нашей. Но побольше. И в шкурке. По три пары коней загоняли, чтоб ей с юга его доставить целым и невредимым.

— Лиджи — скучно! Мне фэньхую хочется.

— Ананас лучше слопай, — из пакета ей достал. — Тоже витамин.

Засмеялись. Потом Анька загрустила, догадалась:

— Уезжаешь?

Кивнул.

В общем, отвальную вечером устроили. Я Борьку во Владивосток зазывал. На корабль пристроить пообещал, на заработки.

— Подумаю, — Борька сказал.

Тайга уральская! Напились, короче.

На следующий день помчался в город. Билет купил, подарки. На Джима справку у ветеринара взял. В собачий магазин зашел — собакам, сказали, только в клетке летать можно. Купил клетку. Развеселился отчего-то. Купил еще ошейник. И намордник размером на сенбернара. Для смеха. Я пока еще не придумал, кому Джима в подарок везу. Гришке хотелось бы. Но Алка стопудово выгонит. Попробую к Вике с ним сунуться. На радостях, может, и проскочим.

Вечером еще раз отвальную сделали. Борьке сказал, чтоб не артачился, а дом продавал. Все равно отсюда выжмут. Борька советоваться взялся: за сколько?

Я заменжевался. С одной стороны — слово купеческое дал, с другой — не чужой он мне.

— Прикинь, Боря, сколько тебе сейчас на житье-бытье надо. И в три раза больше запрашивай. Дадут.

Борька вдохновился.

В Екатеринбург он меня наутро отвез. Простились по-братски. Джим в клетке тосковал.

Полетели! С тремя посадками. Но выдержали. Добрались.

В аэропорту таксисты наперебой. А нам с Джимом что? Мы — парни при деньгах! Вези меня, извозчик!