Город встречал запахами лета и моря. Жизнь продолжается! Да здравствует Евгения Августовна!

Девоньки мои дорогие, здравствуйте! Я снова с вами! Я вечно ваш!

С ЛЮБОВЬЮ. ИРА

«Ну что ж ты страшная такая? Ты такая страшная! Ты ненакрашенная страшная и накрашенная!» — с улицы неслось, из машины чьей-то. Содержательная песенка, придумают же! Окно закрыла, кондишки добавила. Попутно в зеркало на себя взглянула — ничего нового.

Кофе в турке поднялся шапкой, запахло вкусно, на всю приемную. «Французская ваниль» сорт называется, генеральный его особо жалует. А мне ему лишний раз приятное сделать хочется, а то грустный он какой-то в последнее время.

Кофе по чашечкам разлила, на подносе устроила, салфеточек туда же, блюдо с печеньками. Все как надо.

Дверь кабинета уже коленкой подтолкнула — руки заняты. Шеф с финансовым директором спорили о чем-то.

— Да нае… он тебя, ни копейки не даст! Он никогда ни с кем не рассчитывается, только обещает! — это финансовый выражался. Где воспитывался?

— Выхода, Игорь, все равно нет. Клещами он меня за горло держит…

Тут меня заметили, замолкли на полуслове, шеф улыбнулся мне кривенько, через силу:

— Спасибо, Ирочка. Оставь на столе. И проследи, чтоб нам не мешали пока.

— Прослежу, Максим Витальевич.

Кому ж еще тут за всем следить, если не мне? Хоть величина я в фирме нашей и небольшая, но порядок весь на мне держится. Посетители, факсы, документы, планы. Ира то, Ира се. Но это по мне. И шеф у меня хороший, молиться на него готова. Служу ему как палец на руке — вроде и не великая часть, а туго без него организму. На правой руке, конечно, палец.

Максим Витальевич — человек в городе не маленький, и фирма наша — солидная, медиахолдинг. Каналы на телевидении, радиостудия своя есть, и московские радиостанции филиалы у нас держат, издательские дела всякие, пара журнальчиков глянцевых. Ширимся и ширимся. И коллектив мне нравится. Журналюги и диджеи в джинсах и свитерках, менеджеры поприличней уже — в рубашках с галстуками ходят. Народу много, а живем дружно.

Да вот в последнее время с шефом неладное творится. Смурной, глаза воспаленные, спит, видать, плохо. Шутит редко. По косвенным признакам догадываюсь, что проблемки серьезные его гнетут. Ну а по слухам из курилки — холдинг наш кусочком лакомым оказался. Для одного из корольков городских. Его пост плюс наши возможности — грех не позариться.

Вот и сидит шеф уже неделю в кабинете — то с финансовым совет держит, то с начальником охраны. Ситуация непростая, чует мое сердце. Оттого и стараюсь всеми силами жизнь его облегчить. Кофе любимый в фирменный магазин покупать езжу. В офис прихожу раньше всех, ухожу последняя.

А мне домой спешить незачем. На диване перед телевизором валяться если только. Спасибо, опять же Максиму Витальевичу! Это он мне квартиру подобрал, как узнал, что мы большой семьей в двушке теснимся. И оплачивает от фирмы своей! Все время его за это благодарю, а он говорит: «Ты у меня, Ирочка, важный работник. Мне надо, чтоб по утрам отдохнувшая приходила». Душевный человек! С понятием. Так что уже год одна живу. В свое удовольствие. Детей и мужа пока нет. Все впереди, наверное, мне же и тридцати еще нет. А мужики меня побаиваются как будто. Может, умная я для них сильно? Или рост мой их смущает? Сейчас же сосны двухметровые в моде. А во мне — метр пятьдесят. Так я каблуки высокие надеваю — нормально получается. Мама мне всегда говорила: женщина без каблуков и прически — курица. Поэтому короткие стрижки я никогда не ношу. И цвет волос регулярно меняю, каждый сезон — новый. Сейчас, к примеру, блондинка жгучая. Надеюсь, в этом есть шарм. Особенно в сочетании с глазами, которые мне от папы-бурята достались, слегка раскосые. Есть в этом что-то.

К одежде я тоже щепетильно отношусь, всегда стараюсь быть в форме: юбочка без вызова, но чуть повыше колен. И блузки к ним тщательно подбираю. Жабо чтоб было люблю. И рюшки тоже хорошо. Женственно очень смотрится. И сексуально, наверное. А что такое — сексуально? Когда тебя хотят или ты хочешь? Тьфу, белиберда всякая в голову лезет. Шефу к тому же красоты мои до лампочки — весь в делах. Да и я не для него цвету в общем-то. Есть ради кого стараться — Сережа Безуглов, друг Максима Виталича. Се-ре-жа…