Ещё одно мгновение и в сумеречной машине, где свет был только от оранжевых фонарей, его губы коснулись моих. Как же я, оказывается, ждала этот поцелуй! Как долго не признавалась себе в этих чувствах и как долго предпочитала думать только о насущных проблемах.

Горячие руки обвивают мою талию, затылком чувствую холод бокового стекла. Марк наваливается сильнее, прижимая крепче. Тону в этих запахах и ощущениях.

Глубокий поцелуй затягивается надолго. В нём какая-то истома, тайное желание, а не игра. Может, он всё врёт про отца? Может… Сейчас мне совершенно не до этого.

— Ты… такая… — Аверин выдыхает, оторвавшись от меня.

Смотрю на него и не могу поверить, что это всё сейчас и правда произошло. Мы так близко, но он даже не пытается залезть под кофточку, не пытается продолжить, разводя меня на секс в машине. Это подкупает.

— Я поеду, — говорю на одном дыхании, чтобы уже точно не передумать.

Аверин улыбается и, наконец, отдаляется, плюхаясь на сидение.

— Не хотел тебя обижать, Регина, — он покосился на меня всё с тобой же улыбкой.

— Ладно, — я улыбнулась ему в ответ.

***

Всю следующую неделю я просыпалась и думала, а не было ли это сном? Аверин не появился на двух экзаменах, трубку не брал, на сообщения тоже не отвечал. Мила сказала, что парень жив-здоров, но меня почему-то не отпускало тревожное чувство.

Когда утром в четверг Марк снова не пришёл на экзамен, я уже думала обратиться к его родителям, но помня, как разговаривал с сыном Аркадий Петрович, как-то даже и не решалась.

Сессия близилась к концу, каникулы приближались, и я всё чаще думала о том, что Марк, не подумав, предложил мне поездку, но уже успел найти кого-то поинтереснее.

С этими мыслями я сидела в коридоре в ожидании очередного экзамена. Катя меня в этот раз не подвезла, и сама немного запаздывала.

— Привет, — меня чуть не сшибло длинным шарфом подруги и её же сумкой. — Начался экзамен?

— Начался, ты что-то поздно, — я улыбнулась ей.

Обида за то, что Катя так и не приехала в клуб, давно прошла, она, оказывается, встретила свою старую любовь. Подруга вся светилась от счастья, работала, как лошадь, но постоянно улыбалась и рассказывала мне о той сказке, в которую недавно попала.

— Да-а-а, — протянула я на рассказ об очередном свидании, — сказка… У меня тоже всё, как в сказке… Какой-то неправильной.

— Не расстраивайся, — подруга хлопнула меня по плечу. — Это ж Аверин — сказал-забыл, прикололся, ну или порыву поддался да передумал. Ты ему очередное оправдание найди и всё будет отлично.

Катя рассмеялась, но меня это сильно укололо. Губы дрогнули.

— Прости, Региша, я мягко не умею, — вздохнула подруга. — Зато честно.

Я кивнула, хотя на глаза наворачивались слёзы.

— Пока только началось, пойдём, кофе попьём? — она толкнула меня в бок. — Извини, правда, не хочу просто, чтобы ты сейчас себе зазря настроила тут иллюзий.

— Ладно, пойдём, — я встала и потянулась всем телом.

Если сейчас погрузиться в мысли, то на экзамене опять буду мямлить.

Мы спустились на первый этаж. В холле было многолюдно и шумновато.

— Что случилось, драка, что ли? — Катя проталкивалась через кучкующихся первокурсников. — Да дайте в кафетерий проти-и-и-и…

Протискиваясь вслед за подругой, я тоже не сразу обратила внимание на то, что происходило у самого входа в холл, а как только подняла глаза, то обомлела и не могла больше сделать ни шага.

Глава 8

Какой-то мужчина пытался затащить Аверина в холл. Парень упирался и говорил на повышенных тонах.

— Да куда ты меня тащишь?! Я тебе не шавка какая-то, отпусти, Глеб!

Мужчина ростом был повыше Аверина и точно старше. Только вот похожи они слишком сильно. У меня аж спина похолодела. И кто это вообще такой? Вот так волоч человека.

Точно не отец, я видела Аркадия Петровича ещё на первом курсе, он приезжал в универ лично. Это брат? Марк почти никогда о нём не говорил, только несколько раз упоминалю

Инстинктивно протискиваюсь свозь толпу прямо к ним, забыв и про Катю, и про свои мысли об Аверине.

— Вы что делаете? Так нельзя! — выкрикиваю я на эмоциях уже подскакивая к ним, а сама пытаюсь понять, как этого медведя выпроводить отсюда.

Мужчина тащит за шиворот Марка так, что тот чуть ли не падает и не обращает внимание ни на кого вообще.