– Наташка сказала. Я звонил ей вчера, узнать, как ты поживаешь… со своим проклятым благоверным. Двадцать три дня без тебя… Я больше не мог выдержать! Думаю: приеду в Москву, а там будь что будет. Может, она уже пожалела, что вернулась к мужу… В общем, решил позвонить Наташке и разузнать про тебя. Звоню, спрашиваю. И вдруг она мне оптимистично сообщает, что ты подала на развод и что ты без меня уже совсем помираешь.

– Она прямо так и сказала? – Марина почувствовала, что краснеет. – Ну, милая подружка!

– Наташка-то молодец, а вот ты… – глаза Кости снова потемнели. – Марин, я не знаю, как это назвать, у меня слов просто нет. Ты вообще хоть собиралась звонить?!

Марина посмотрела на него с глубоким волнением.

– Я столько раз хотела тебе позвонить. И не могла набраться решимости! Боялась, что ты даже не станешь разговаривать, а просто пошлешь меня к черту, – она грустно вздохнула и прибавила: – Костя, как там ни крути, а я ведь тебя предала…

– Глупости, – возразил он. – Предательство – это когда поступают сознательно и обдуманно. А ты действовала под влиянием эмоций и обработки мужа. Кстати, а как ты вообще решилась подать на развод? Вот так вот взять и подать – без меня!

Марина невольно рассмеялась.

– Костя! Ты считаешь меня совсем уж несамостоятельной, будто я и не жила без тебя до целых тридцати лет. Как подала на развод? Да просто… просто я поняла, что уже не смогу жить, как прежде. Я изменилась за те три недели, что провела вместе с тобой. Как сказал Толик: «Ты вернулась из этого проклятого Крыма другой, тебя будто бы подменили»… Как жалко, что я не поняла это вовремя! Ведь я же… я же чуть не потеряла тебя, о господи!

Он крепко обнял ее и принялся успокаивающе целовать.

– Все позади, дорогая, не нужно больше расстраиваться! И может, оно даже к лучшему, что все так случилось. Да, нам обоим пришлось очень туго, мы оба намучались. Но зато теперь мы точно уверены, что у нас все серьезно, что у нас был не просто курортный роман…

За окном послышался шум: полил дождь, собиравшийся с самого утра. Костя целовал Марину и говорил, как хорошо будет на ЮБК, когда они вернутся туда после волокиты с разменом квартиры. Наверное, это произойдет в конце сентября. Исчезнут толпы туристов, спадет изнуряющая жара, и можно будет спокойно путешествовать по разным интересным местам, купаться в еще теплом море. И, наверное, в октябре они сыграют свадьбу – должны успеть в октябре. Какое платье ей хочется: кремовое, голубое, розовое? А может, нежно-зеленое, как сейчас выбирают некоторые оригиналки? Только не белое: белое слишком скучно и не подходит для второго раза.

– Мне все равно, – сказала Марина.

– А мне нет, – со смехом возразил Костя. – Разве ты забыла, что у меня – понты, разве Толик тебе не объяснил? И мой дядька уже планирует, где и как размещать гостей, уже прикидывает, сколько денег нужно на то да на это.

– Да ты сочиняешь: откуда он знает, что я все-таки развожусь и собираюсь выходить за тебя?

Костя лукаво прищурился:

– Ну, во-первых, я сказал ему об этом вчера, перед тем, как лететь в Москву. И он же звонил мне полчаса назад – узнать, как и что. Разве ты не слышала наш разговор? Маринка, в каких облаках ты витаешь?! Все рефлексируешь и упиваешься чувством вины? Ну, погоди, я тебе устрою сеанс БДСМ. И повод хороший есть, за что тебя выпороть.

– Костя, перестань!

– Ага, покраснела! Хочешь, чтобы я тебя повоспитывал, признавайся?

– Костя!

– Ладно, не говори, я и так понимаю… Но куда бы нам сейчас перебраться? Тут, где-нибудь поблизости, есть гостиница?

– Не знаю. Боюсь, что нет.

– Поехали к моей матушке. Позвоню ей, скажу, чтобы не спешила с работы домой…

– Ты с ума сошел! Хочешь поставить меня в неловкое положение?

– А ты хочешь, чтобы мы сегодня не трахались? Я и так целый месяц храню воздержание, как законченный идиот.

– Но это невозможно, Костя! Как это… как это я предстану перед твоей матерью после того, как мы… Да какой у меня будет вид?

Костя на секунду задумался, потом оживился.

– Позвоню-ка я Димке риэлтору: все равно же надо искать квартиру на время, пока ты не разменяешься с Толиком.

Поговорив с другом и записав что-то на салфетке, Костя радостно посмотрел на Марину.