Подруги шутят, что я не хожу, а низко летаю, и мой картинный полёт в хамаме — лишнее тому подтверждение. Обошлось без переломов, но и простое растяжение связок заземлило меня на две недели. Спасибо Вселенной за удалёнку, иначе пришлось бы попрощаться с проектом, который мне, дизайнеру без особого опыта, доверили вести на работе мечты в качестве испытательного теста. И я изо всех сил стараюсь его не провалить.

Со стороны подрядчика на проект обещали поставить самого лояльного программиста, который отнесётся с понимаем к моей неопытности. И Алексей действительно такой, нянчится со мной даже больше необходимого. Правда, теперь он Лёха и мы на “ты”. Сегодня наш третий созвон по видеосвязи. Меняю пижамный верх на что-то приличное, немного туши на ресницы, иначе глаза совсем теряются, пузатая чашка воды, графический планшет, ноутбук. Готова.

В работе время пролетает незаметно. Лёха терпеливо объясняет мне, что мы можем сделать, а что навсегда останется в моём воображении, потому что “такой скрипт тебе не напишет никто”, и я придумываю альтернативу. Периодически к нему в кабинет вламываются весёлые люди, чтобы позвать на пиццу, на виски, ещё бог знает зачем. Мне не видно входящих, но из-за двери доносятся звуки совершенно нерабочей атмосферы — кто-то вышел из отпуска и проставляется. Лёха каждый раз рычит в ответ “скоро буду”, и мы продолжаем.

Когда очередной “делегат” с вечеринки нагло остаётся ждать, пока моя "нянька" освободится, Лёха закатывает глаза и дурашливо страдает в мне камеру:

— Начальству не отказывают, Симыч, давай сворачиваться. Завтра в это же время, пока.

Я с сожалением прощаюсь. Мне действительно нравится с ним работать, нравится сам проект и нравится то, что у нас получается. Мешкаю в попытках поудачнее пристроить гипс и слышу из ноута глубокий низкий голос:

— Лееех? Что это за девочка?

Оу! "Девочка" — это же… я, да? Смотрю на экран и понимаю, что Лёха лишь прикрыл крышку ноутбука, и мне видна полоска изображения, а в ней хромированная бляха на кожаном ремне чёрных джинсов, крепкие, загорелые предплечья с красивой топографией вен, кисти с длинными пальцами… Подвисаю рассматривая. Это завораживает.

Лёха ухмыляется:

— Тебе зачем?

— Надо. Это новенькая из “Визуала”?

— Ага, шеф сказал нежно ввести её в курс дела. Вот и ввожу.

— А введи меня в курс, что и куда ты там вводишь?

Пауза.

Лёха перестаёт улыбаться и тяжело выдыхает:

— Тим, реально зачем она тебе?

— А тебе? — в глубоком голосе обозначается металл.

Лёха молчит.

Молчание настолько красноречиво, что мне становится окончательно неудобно подслушивать, и я делаю страшную глупость:

— Лееееш? Ты в курсе, что не отключился?

Тишина.

А потом загорелая кисть взлетает к крышке, чтобы открыть, но усилие сверху сильнее, и крышка с глухим ударом захлопывается. Вот теперь отключился.

Глава 2

На следующий день к созвону я готовлюсь более тщательно, но стараюсь не переступить грань, за которой будет очевидно, что хочу произвести впечатление. А я хочу. Не на Лёху, конечно. Почему-то кажется, что глубокий голос снова придёт, а может, мне просто этого очень хочется. Вчера весь вечер рисовала его прекрасные кисти. Скучающие и спокойные, живые и активные, внимательные и исследующие, тёплые, с карамельным оттенком загара. Наваждение какое-то.

Когда подходит время, отвечаю на видеозвонок и немею. По ту сторону не Лёха. Крупными мазками выхватываю широкие плечи и развитые грудные мышцы, обтянутые яркой футболкой, ключицы, шею, кадык, чётко очерченный подбородок, чуть полные губы и… Глаза. Очень тёмные, карие, с пушистыми чёрными ресницами и ровными бровями. Он тоже смотрит. И мне бы смутиться, но воображение в секунду разгоняется от нуля до сотки. Я уже прикидываю, как с такой моделью сдам в школе зачёт по мужским модельным тестам, которые мы с ногой успешно проболели. Мысленно выставляю свет, представляя новые и новые композиции для портфолио. Футболку, конечно, долой, в чёрно-белом будет просто шик! Интересно, есть ли у него волосы на груди, и там же с татуировками нельзя, но ничего, если что загримируем…

Поток мыслей прерывается бархатным низким:

— Привет.

Где-то вдалеке красной лампочкой замигало напоминание, что я, вообще-то, на работе и это деловой звонок, но:

— А ты когда-нибудь брил грудь?