И, как ни странно, позавтракав он подумал о своей матери. Он сидел на террасе, до сих пор стоял туман, потягивая, вероятно, уже пятую чашку кофе за утро, в попытке не дать себе заснуть. Он спросил себя, чем, черт возьми, он занимается, прокручивая список контактов на своем телефоне. Он понятия не имел, где в данный момент находилась его мать, в каком часовом поясе или части мира, но он надеялся, что не разбудит ее посреди ночи, когда набрал ее номер.

Он был рад, когда Шина ответила на третьем гудке, но еще больше был рад, когда по ее голосу он понял, что она не спала. Она тоже была счастлива неожиданно услышать его, своего единственного ребенка.

— Ники, дорогой, это такой приятный сюрприз! — произнесла она. — Все в порядке? Я имею в виду, ты звонишь так редко, что я беспокоюсь, что какие-то плохие новости.

Он задвинул чувство вины, вызванное ее словами, прекрасно понимая, что пренебрежительно относится к матери, несмотря на то, что у него имелись вполне веские причины.

— Все хорошо, мам, — заверил он ее. — Мне просто… нужен небольшой совет, вот и все. От женщины. И ты идеально подходишь для этого.

— Ну, конечно, дорогой, — ответила Шина. — Я понимаю, что не была для тебя самой идеальной матерью, но ты всегда можешь ко мне обратиться, я всегда буду рядом, Ники. Ты самый независимый человек, которого я когда-либо знала, и ты бы предпочел отрезать себе руку, чем признаться, что тебе необходима помощь. Ты всегда можешь мне позвонить, если тебе что-нибудь нужно. Итак, какой совет тебе нужен?

Нерешительно Ник начал рассказывать матери об Анжеле, об их отношениях четыре года назад, и о том, как он порвал с ней, когда она подобралась к нему слишком близко, затронув его чувства и душу, о том, как они снова встретились на работе. Конечно, более интимные детали он оставил при себе, матери нет необходимости знать о его сексуальной жизни. Но когда он сказал, что действительно переживал за Анжелу и хотел ее вернуть, но, очевидно, что делает все не совсем правильно, Шина, наконец, его прервала:

— Ладно, дорогой, давай я подытожу то, что ты сказал, — произнесла она. — У тебя были отношения с этой девушкой четыре года назад. Она была молода, наивна и позволила тебе командовать собой. Потом ты порвал с ней… и думаю, разбил ей сердце. Теперь вы снова встретились и решили продолжить на чем остановились. За исключением того, зная тебя, Ники, ты все еще хочешь сделать все по-своему, неужели ты думаешь, что эта девушка настолько безумна, что согласится на все, что ты ей предложишь. Я правильно все поняла?

— Более или менее, — проворчал он. — Но я сказал ей, что готов пойти на некоторые компромиссы, понимая, что все уже не может быть также. Просто… ну, мне не кажется, что все продвигается достаточно быстро, потому что не хватает ее расположения ко мне, и она просит большего, чем я могу ей дать прямо сейчас.

Неохотно он рассказал матери о вчерашней ссоре, оставив часть о горячем сексе при себе, и поделился своими сомнениями, что Анжела не уступит в этот раз, и что именно ему придется сделать следующий шаг.

— Ты чертовски прав, Никки, — твердо заявила Шина. — И это долен быть важный шаг, когда ты его сделаешь. Если ты переживаешь об этой девушке, как утверждаешь, все будет со всем по-другому, нежели как у тебя было с другими женщинами в твоей жизни. И, к сожалению, для тебя, настолько все контролирующего, насколько я знаю, это означает, что тебе придется пойти на гораздо большие компромиссы, чем ты думаешь. Начиная с приглашения этой девушки… Анжелы, верно?.. к себе домой, в свое убежище. Думаю, тебе нужно пригласить ее к себе домой на ужин, а затем уже уложить в постель.

Ник прикрыл глаза, массируя затылок, который был напряжен, словно там был сгусток всех нервов.

— Все не так просто, как ты думаешь, мам.