За завтраком она поделилась с Константином своими сомнениями по поводу собственного вчерашнего поведения. Он ржал, как табун диких лошадей, да так заразительно, что Марина, не выдержав, рассмеялась вместе с ним. Сквозь смех она спросила его, что же так развеселило его. Костик нимало не смущаясь ответил: «Представил себе со стороны эту картину: ты, коварная и подлая приставала, втершаяся мне в доверие, проникаешь ко мне в спальню, исполняешь, натурально, танец живота и прямо-таки вся трепещешь, дабы соблазнить меня, несгибаемого. А я гордо тебе отвечаю, что никогда не смогу изменить Васе, и удаляюсь в другую комнату, пожелав тебе спокойной ночи! Разве не смешно? Сегодня же Ваське расскажу, как я тебе „не сдался“, выдержал оборону Севастополя». Марина прыснула еще громче, едва не опрокинув на себя от полноты чувств тарелку с яичницей. Нарисованная Костиком сценка была настолько же нелепа, насколько и нереальна.

* * *

Сегодня Костик сказал ей, что хочет навестить Васю в одиночестве, без Марининой компании. «У мальчиков — свои секреты, уйди, противная», — пропищал он ей гнусным манерным голоском. Марина показала ему язык и договорилась с Юлей, что заедет к ней сегодня в гости. Юля давно подбивала ее приехать и познакомиться с ее мужем Алексеем, вернувшимся наконец-то из загранкомандировки, намекая, что Алеша, мол, все уши ей прожужжал, что хочет увидеть ее молоденькую подругу и посидеть вместе с ней за одним столом за бутылочкой хорошего коньяка, привезенного им из-за границы. За Васю, оставшегося на этот день без ее массажа, Марина не беспокоилась, день-другой перерыва погоды не сделают. Стоять и ходить без костылей или чьей-либо помощи Вася еще не мог, но с костылями в обнимку уже лихо летал по коридору. Каждый день он «проходил» на пятьдесят, а то и на сто шагов больше, чем в предыдущий день, и к концу дня обессиленный просто валился на кровать, чтобы с утра начать это самоистязание заново. Марина тихонько подсунула ему среди прочих книг «Повесть о настоящем человеке». Аналогия напрашивалась самая прямая, и Марина побаивалась, что Вася обидится на нее за такую грубую подсказку, но когда она пришла навестить его в следующий раз, книга пряталась под подушкой, а не лежала на тумбочке вместе с остальными. Сработало!

Зная, что Юлька не уважает дома официальную форму одежды и предпочитает сама разгуливать в шелковых китайских халатах и просторных домашних брюках, Марина выбрала на сегодняшний вечер джинсы и веселый мохнатый свитер, придававший ее несколько худенькой фигуре дополнительный объем (и маскировавший до поры до времени мышцы, накачанные ею на тренажерах). И правильно сделала. Через пятнадцать минут после знакомства с Алексеем она уже ползала по ковру и играла с ним в очередную версию «Монополии». Юлькины предприятия они разорили на корню и перекупили еще в самом начале игры, а теперь решалась судьба целого бумажного города. Ха, знай наших! Рискнув всей наличностью и взяв дополнительный кредит в банке, Марина выкупила оставшиеся самые дорогие здания и гостиницы, и буквально за два круга довела партнера до полного банкротства.

— Хорошо, что это только игра, было бы на самом деле, я давно бы уже с сумой попрошайничал! Откуда в тебе такая жилка! И играешь так спокойно, словно тебе это и неинтересно на самом деле. С такими нервами только в казино удачу ловить, или в крупном бизнесе сделки проворачивать.

— Мой бизнес для меня и есть самый крупный. А выше я пока не хочу.

— Мне нравится твоя точка зрения. Особенно слово «пока». Создается впечатление, что как только ты считаешь, что тебе пора переходить на какую-то следующую ступеньку, ты просто делаешь это, и все. Или я не прав?

— Прав, Алеша, только ты нашу гостью совсем разговорами и играми заморил. Пока вы тут окончательно отношения выясняли, я уже стол накрыла. Давайте, бросайте это гнилое дело, и кушать, а то все остынет, невкусно будет.

— Юлька, а с кем я еще могу так здорово пощекотать себе нервы? Ты от игр уже шарахаешься, как черт от ладана, мне остаются только твои подруги!

— Ой, да ладно тебе. Марина, ты лучше скажи, как там у Васи дела?