— Адриан, не делай такое лицо, — самодовольно ухмыляясь произнёс мужчина. — Ты заигрался в благородство, друг мой, и забыл, в каком мире живёшь. Долг, конечно, хорошо, но я предпочитаю быть на стороне денег и силы, на стороне победителя. Хотя, — он сделал вид, будто задумался. — Возможно, тебе бы и удалось провернуть всё, только старушка-удача оказалась не на твоей стороне, чему я рад. Мне не пришлось вмешиваться. Пойми, приятель, я не мог позволить тебе погубить Оливию. Влюбился я, как мальчишка.

При упоминании имени моей бывшей жены, глаза его вспыхнули порочным светом. Если бы я сам не видел этого, то в жизни бы не поверил, что Карсус повёлся на девку, однако это было так. Этой стерве удалось приручить его.

— Любишь играть с людьми, Хью? — криво усмехнувшись поинтересовался я. — Что же ты позволил мне изводить свою любимую? Трахать её?

Карие глаза Оливии распахнулись шире, и она гневно уставилась на Карсуса. На его же лице заходили жевалки.

— Хотел, чтобы она наконец поняла, какое ты дерьмо, Джонсон, — процедил он сквозь зубы.

— Ты знал всё? Хью! — истерично завопила брюнетка.

Карсусу явно перестала нравиться ситуация. Лицо его становилось всё мрачнее.

— Потом поговорим об этом.

— Нет, сейчас!

Вскочив на ноги, он схватил Оливию за руку и утащил из помещения. Обо мне временно забыли, чему я был рад. Осмотревшись, я никак не мог понять, где нахожусь. Крошечные окошки под высоким потолком, пол покрыт плиткой, площадь небольшая, наверное. Слишком темно, чтобы говорить наверняка. Кроме лампочки над головой, освещения больше не было. Подвал? Склад? Или что? Чем бы не было помещение, к моему прибытию явно готовились. Мебель была новой, стоял приятный запах спила дерева, немного перебивающий общий дух запущенности. Откуда-то издалека слышались приглушённые крики. Оливия явно не приняла игру своего любовника. Внутри меня поселилась какая-то безысходность. Наверное, до этого я подсознательно надеялся на помощь Хью, которого считал другом, и который обещал присматривать за ситуацией. И вот, надежда обратилась пеплом. Помощи не будет. У меня есть только я сам.

Все попытки освободиться ни к чему не приводили, поднимая в душе удушливые волны паники. Неужели это конец?

— Какие же вы, мужики, уроды! — зло крикнула Оливия, вернувшись обратно. Одна.

Буквально, подбежав ко мне, она со всей силы ударила меня по лицу. Во рту появился металлический привкус крови. В меня словно бес вселился, и я, в ответ на её действия, расхохотался.

— Детка, тебе не приходило в голову, что вся проблема в тебе? — выдавил я сквозь смех.

— Веселишься? — прошипела брюнетка. — Смейся, пока можешь. Если надеешься задеть меня, то зря. Максимум, на что был способен, ты уже сделал. Ты ничтожен и глуп. Твоё сопротивление долго меня забавляло, но ты превысил грань моего терпения, и я не хочу больше играть с тобой. Ты моя шлюха, которую я имею, как хочу, во всех смыслах этого слова. Ты правда думаешь, что твой зачуханный городишко был нужен Дону? Ты никогда не задумывался, почему тебе всегда удавалось уйти от преследователей, несмотря на то, что каждый ублюдок спал и видел, как поймать тебя? А то, что мой отец тебя так легко нашёл и скрутил, не смущает?

Каждое её слово казалось безумным бредом и, вместе с тем, имело рациональное зерно. От этого становилось жутко.

— Мой папочка человеком был влиятельным и жестоким, но у всех есть свои слабости. Его слабостью была я, его единственная дочь. Для меня он был готов сделать всё. Все эти годы я писала сценарий твоей жизни. Я даже знаю, что ты отправил моего родителя в Ад, там ему и место. Он начал мне мешать. Его инсульт — моих рук дело. Я планировала избавиться от него чуть позже. Сам того не зная, ты решил одну из моих проблем. Вот только бизнес жалко, столько денег пропало. Ну и ладно. Единственный раз я ошиблась, решив ослабить поводок, и ты тут же вообразил себя всесильным хозяином жизни. Что же, я с самого начала предупреждала тебя, чем грозит неповиновение мне.