— Ну же, Адриан, трахни меня, — простонала девушка, стоя на коленях и держась за спинку кровати, она призывно выгибалась.

— О да, детка, — отозвался я и потянулся за резинкой. — Я тебя сейчас жёстко отымею.

— Не надевай, не нужно, — в голосе недовольство.

— Мы это уже обсуждали, — отмахнулся я, надрывая пакетик фольги.

И это было правдой. Оливия с самого начала была против использования презервативов, я же категорично стоял на своём. Мы даже повздорили из-за этого. Она клялась, что принимает таблетки, я же заявил, что не намерен рисковать. Одного раза мне уже хватило. Да и просто, мне хотелось хоть в чём-то соблюдать с ней дистанцию. Глупо? Возможно, но так мне нравилось больше.

— Твою мать, Джонсон, расслабься ты уже! — прохрипела она, изнывая от нетерпения. И всё равно вздрогнула, когда я грубо вонзился в неё со всей силы. — У меня вообще детей быть не может, уже лет семь, наверное.

И тут же она резко замолчала и как-то сжалась, осознав, что сболтнула лишнего. Вино, наркотики и перевозбуждение сыграли с ней злую шутку. Я же насторожился, понимая, вот оно — первый успех!

— И что это значит? — вкрадчив поинтересовался я, на автомате совершая новый толчок. — У тебя совсем недавно, вроде как, выкидыш был.

Какое-то время она молчала, двигаясь со мной в одном ритме. А потом, решила отпираться нет смысла и произнесла:

— Да не было ничего. Ни беременности, ни выкидыша. Просто я испугалась, думала теряю тебя и с отчаяния и сочинила сказку. Прости меня, Адри. Я перед тобой очень виновата! Но я всего лишь женщина, которая любит и не хочет терять любимого.

Вот ведь тварь! Изначально знал, чувствовал, не беременна она. Но надо отдать ей должное, её жестокость и подлость не знают границ! Желая досадить мне, она шла по головам, не брезгуя даже убийством. И, как результат, жизнь Кристы в руинах, а я тут, трахаю эту стерву, с трудом сдерживаясь от желания задушить её голыми руками.

— Оливия, тебе не кажется, что это перебор? — мягким, с придыханием, голосом поинтересовался я.

— Возможно. Прости. Такое больше не повториться, — хрипло ответила брюнетка.

— И как же такое произошло? — вопрошал я, ускоряя ритм, чувствуя приближение физической разрядки.

— Неудачный аборт в молодости, — простонала она.

Больше я ничего не спрашивал, молча вколачиваясь в податливое тело. Разрядка не принесла удовольствия, пришлось симулировать оргазм, потому что мыслями я был далёк от происходящего действа. Обводя комнату взглядом, я молился, чтобы микро-гаджеты, установленные тут, зафиксировали факт этого признания. Плевать, что посторонние увидят наш секс. Главное, первое компрометирующие признание у меня есть. Внутренне я ликовал. И пусть это только начало, но оно наполняло душу верой, что вся эта грязь, боль и страдания не напрасны, и всё обязательно получится.

Глава 41. Криста и Адриан.

Адриан.

«На работу, как на праздник», — это изречение последнее время чётко отражает мою жизнь. С каждым днём находиться в обществе Оливии становилось всё сложнее. Поэтому любую возможность побыть отдельно от неё я воспринимал с восторгом. Я и раньше любил своё дело, но теперь работа стала спасением, отдушиной, и я с радостью спасался от благоверной в своём кабинете.