-- Спасибо, конечно, но вы явно преувеличиваете мою значимость. – Настя даже не знала, как и реагировать на подобное высказывание. По природе своей она была до неприличия скромным человеком.

 -- Ничуть. А вы в курсе, что мистер Смит перечислил гранд на счёт института и именную премию специально для вас.

 -- Честно говоря нет.

 -- Да, да. Он очень лестно о вас отзывался и, просил передать, что ждёт на работу. Кстати, он говорил абсолютно серьёзно, так что над этим вопросом можете смело задуматься.

 -- Спасибо, я подумаю.

 -- Ни в коем случае! – Возмутился Генрих Карлович. – Ещё чего не хватало! Наших звёздочек и так мало, чтобы за границу их отдавать. Настя обязательно найдёт и здесь стоящее место.

 -- Генрих Карлович, а это уже не вам решать. – Они между собой переглянулись, понимая, что этот спор неуместен, да и не для посторонних ушей и решили его не продолжать.

 -- Анастасия, пройдёмте. Надеюсь свои отчёты вы захватили.

 Надо сказать, что не смотря на свои слова в коридоре, декан очень внимательно изучал все отчёты, особенно по расходу бюджетных средств, больше хвалить студентку он был не намерен. А после недолгой беседы, Настя отправилась к своему любимому преподавателю.

 -- О-о, я так и знал, что заглянешь, вот, даже чай заварил.

 Генрих Карлович был приятным во всех отношениях мужчина. Не смотря на свой возраст, а по слухам ему было не меньше семидесяти, маразмом не страдал и всегда радовал своих студентов юмором и лёгким отношениям к их знаниям. Настя была одна из немногих, которых он удостаивал чести допустить к своим знаниям ближе остальных, её способность к языкам он называл уникальной, а иногда даже феноменальной, сулил её большое будущее и не стеснялся своё мнение высказывать при других. Именно он настоял на том, чтобы обучаться за границу отправили её, хотя у ректора были и другие «талантливые»  (в финансовом плане) студенты.

 -- Как я могла не зайти к вам…

 -- Рассказывай, как всё прошло, как впечатление.

 -- Знаете, это просто другая планета! – Настя настолько вдохновлённо принялась за свой рассказ, что даже присесть забыла. – Люди там необычные, но очень интересные. Они не такие как мы, немного с плоским мышлением, но сам образ их жизни заставляет задуматься над многим.  А архитектура, культура, история – всё это настолько захватывающее, у меня просто не хватило времени, чтобы во всё это вникнуть.

 -- Да, вижу, ты не на шутку заинтересовалась. Может и правда, поедешь туда работать?

 -- Нет, что вы. Я это только лишь из вежливости сказала. Там можно отдыхать, туда просто необходимо ездить учиться, но жить… а тем более работать – никогда. Я насквозь русский человек, там бы просто не выжила. Как вы и говорили, в жизни надо успеть объехать весь мир и многое узнать, но нигде не будешь чувствовать себя как дома.

 -- Я очень рад, что ты это поняла. – Преподаватель похлопал Настю по ладошке. – Честно говоря боялся, что тебя слишком увлечёт желание познать больше, чем ты можешь, но, вижу, что ошибся.

 -- Знаете, мне столько всего хочется рассказать, а кроме вас и некому. Кстати, скоро ваша лекция.

 -- Да, но у нас есть ещё пара минут. Да и почему больше некому, ты ведь, если не ошибаюсь, не одна живёшь.

 -- Не одна. Но Сергей, он более приземлённый. Он предпочитает считать, нежели мечтать и строить планы. Я и не пыталась ему ничего рассказывать.

 -- Интересно. – Преподаватель задумался. – А как же ты собираешься с ним жить?

 -- По законам физики. – Отшутилась Настя. – Противоположности притягиваются.

 -- Нет, нет. Ты плохо учила физику. Там сказано совсем не об этом. Тебе будет сложно с ним.

 -- Ну, ещё не поздно всё изменить…

-- Ты не из тех людей, которые меняют что-либо по собственной воле. Тебе нужен толчок, призыв к действию. А ведь его может и не быть. Что об этом думаешь?

 -- Не знаю, посмотрим. Может всё и сложиться.

 -- Я очень на это надеюсь. – Генрих Карлович тяжело вздохнул и задумался. – Завтра у меня будет время с тобой поговорить подробнее, а пока ступай, а то ты совсем со мной загрустила.

 -- Спасибо. За то, что выслушали спасибо.

 -- Я уверен, тебе ещё есть, что мне рассказать, но сейчас некогда. Пора воспитывать этих лодырей, а ведь так не хочется…